Глава четвертая

«Дорогой брат Федор! Отвечаю на твое письмо, что жив-здоров и тебе такого желаю. Служба моя тоже идет хорошо, даже сказать — не идет, а бурлит, как вода от винта нашего монитора. Петух не прокукарекал, а мы уже на ногах, потому что такая обстановка, не до долгих снов. Новое и опасное по всей границе, вверх и вниз по Амуру, каждый день, да ты сам газеты читаешь, кумекаешь… А главная важная новость: собирается Особая Дальневосточная армия, и наша флотилия войдет в нее, а командармом ее поставлен герой войны, четырежды краснознаменец Василий Константинович Блюхер, с которым воевал наш батя, помнишь его Почетные грамоты, подписанные самим Блюхером? Жалко, что ты служишь далеко отсюда и не вошел в нашу Дальневосточную армию. Было у нас учение вместе с пехотой и городскими комсомольцами, вроде как десант. К нам на борт прибыли «красные косынки» — дружинницы РОКК. Они мыли, чистили каюты, будто готовили под госпиталь. Одна из «красных косынок» по имени Вера. А нынче ходил в увольнение в наш клуб и снова увидел ее, а она меня. Вера была красивей всех. Я даже танцевал с ней модный танец фокстрот, хотя не умею, все ноги ей отдавил, но она смеялась и улыбалась дружелюбно. Вот такие дела. Ты не подумай чего. Хотя я думаю. И снова почему-то в голове стихи вертятся, только не о флотской нашей службе. Из дому давно писем не получал. Жена Нюта пишет совсем редко и скучно. Батя все болеет и бедует. Отписал, что в Ладышах собирается колхоз, он туда записался почти что первым. А тесть упирается, не хочет записываться. Я Нюте и тестю отпишу, чтобы не позорили мужа и зятя, красного моряка, когда такая острая международная обстановка. Жена краснофлотца в такой момент должна быть передовым организмом, как здешние «красные косынки», а не отстаиваться в стороне от социалистического фарватера, как ржавый баркас в тине затона. Ну, пока. Надо спать, а то завтра «архангел» поднимет чуть свет. Настроение такое: ежели вынудят враги, наступим империалистическому псу на лапу, протянутую к нашему берегу! Кланяюсь тебе, твой брат-краснофлотец Алексей. Да, ты любопытствуешь, что такое монитор. Наш «Сунь Ятсен» — это бывшая канонерская лодка «Шквал». У нас восемь пушек. А «монитор» это так теперь называют. А рыбы в Амуре сто разных видов. Лови и шамай от пуза. На том кончаю».

«Дорогой брат Федор!

Отвечаю на твое письмо, что жив-здоров и тебе такого желаю.

Служба моя тоже идет хорошо, даже сказать — не идет, а бурлит, как вода от винта нашего монитора. Петух не прокукарекал, а мы уже на ногах, потому что такая обстановка, не до долгих снов. Новое и опасное по всей границе, вверх и вниз по Амуру, каждый день, да ты сам газеты читаешь, кумекаешь… А главная важная новость: собирается Особая Дальневосточная армия, и наша флотилия войдет в нее, а командармом ее поставлен герой войны, четырежды краснознаменец Василий Константинович Блюхер, с которым воевал наш батя, помнишь его Почетные грамоты, подписанные самим Блюхером? Жалко, что ты служишь далеко отсюда и не вошел в нашу Дальневосточную армию.