Все это время погода баловала нас. Яркое солнце слепит глаза, редкие облачка бегут по небу. Ветер умеренный, хотя временами налетают сильные порывы и пытаются сбросить с маршрута.

Дальше осталось немного. Отвесный скальный участок. Тот самый, покрытый снегом. За ним должно быть широкое плато, там, где можно установить второй лагерь, на высоте 6400 метров.

А уже оттуда путь на вершину идет через длинный, местами узкий гребень. При благоприятных условиях от второго лагеря можно дойти до вершины за шесть-двенадцать часов.

Но у нас ведь акклиматизация. Мы спустились со второго лагеря. Передохнуть в базовом лагере один день. Потом снова поднялись и снова спустились. Организмы адаптироваться хорошо, все-таки не первый год в горах. После двух спусков обратно, что в итоге заняло неделю, мы наконец отправились на вершину Корженевской.

И уже недалеко от вершины, на отвесном скальном участке, случилась та самая лавина.

* * *

Вариантов, как быть, у меня не осталось. Три года назад, на пике Победы, Юрка спас мне жизнь. Я тогда был дерзок и самонадеян. Проскочил три разряда за сезон, почувствовал себя всемогущим.

А пик Победы — это такая гора, где нельзя показывать гордыню. Склоны и переводы изрезаны огромными и коварный трещинами, спрятанными под слоем тонкого снега. Все время дуют ледяные ветры, скоростью свыше полутораста километров в час. Температура часто опускается ниже тридцати градусов.

Я тогда был руководителем группы и шел первым. Склон горы был покрыт плотным слежавшимся зернистым снегом. Его еще называют фирновым.

Это было начало маршрута, я шел не в связке, хотя веревка была. Ледорубом не пользовался, хотя он тоже имелся. Просто «кошки» на ногах и трекинговые палочки. Думал, быстро выведу группу к первому лагерю.

Потом неожиданно под снегом оголился лед. Я и глазом моргнуть не успел, как поскользнулся и полетел вниз по склону. Затормозить никак нельзя, ледоруб остался за стяжками рюкзака. Впереди пропасть, а там высота с полсотни метров и ледник. Не очень высоко, но чтобы разбить череп, хватит.

Юрка тогда не растерялся. Пропустил меня под себя ниже по склону, затем прыгнул и придавил, попутно зарубившись ледорубом. Если бы не он, я бы свалился с высоты почти в двадцать этажей.

Поэтому сейчас я не мог утащить его с собой. Не отвечая другу, я быстро отцепил его от себя. Если веревка и крючья выдержат, то у меня есть шанс выжить после схода лавины.

А если нет, то я улечу вниз, куда дальше, чем мог бы улететь на Победе. И тогда уж пусть Юрка останется жив.

— Ты чего, сдурел? — орет Юрка.