И вот, осматривая эти места, бывшие свидетелями навеки исчезнувшего общественного строя, некий иностранец родом с варварского острова, имя которого древний римлянин бывало произносил не иначе как с легкой дрожью, замешкался среди прелестей благодатной Кампании и написал эту повесть!