Мы проехали Аничков мост, где мускулистые бронзовые мужчины держали под уздцы вздыбленных коней. Затем миновали дом Зингера со смешной башенкой на крыше и здание бывшей городской думы. Выкатились на необъятную Дворцовую площадь, проехали мимо приземистого Эрмитажа, богато украшенного лепниной и статуями. По Дворцовому мосту пересекли широкую, сверкавшую на солнце ленту Невы и въехали на стрелку Васильевского острова.

Слева мелькнули корпуса нашего университета, а троллейбус повернул направо к Биржевому мосту.

— Саша, ты меня слышишь? — спросила Света, снова дёргая меня за рукав.

— Что? — улыбнулся я, оборачиваясь к ней.

— Попросим, чтобы нас распределили на практику вместе? — чуть покраснев, спросила Света.

— Конечно! — улыбнулся я и поцеловал её в щёку, пока никто не смотрел в нашу сторону.

— С ума сошёл? Люди же кругом!

— И пусть!

Света жила в четырёхэтажном доме на улице Красного Курсанта. Перед аркой, которая вела в её двор, мы остановились.

— Вот мои окна! — Света показала на три окна второго этажа, которые выходили прямо на улицу. — Ну, то есть, не все мои, а нашей квартиры. А окно кухни выходит во двор.

— Запомнил, — улыбнулся я. — Буду приходить по вечерам и петь тебе серенады.

— Не надо, — покачала головой Света. — Папа не одобрит. Может, завтра сходим погулять?

— Давай, — обрадовался я. — Вечером, часов в шесть я за тобой зайду.

— А днём? — спросила Света.

— А днём я хочу заглянуть в библиотеку. Надо кое-что посмотреть.

— Снова какая-то тайна?

— Конечно! — глубокомысленно ответил я. — Жизнь полна тайн и загадок. Но тебе я всё расскажу первой.

— Договорились!

Света подхватила свою сумку и шагнула в тень арки. Уже во дворе обернулась и помахала мне рукой. Я помахал ей в ответ и услышал, как стукнула дверь подъезда.

Рюкзак порядком оттягивал плечи. Где-то на самом дне, под вещами, завёрнутый в полевую куртку лежал медальон прусских вождей — янтарное солнце величиной с половину ладони. Мне ещё надо было придумать, куда его спрятать до поры до времени.