Светлый фон

* * *

На блошином рынке встречается огромное количество немецкого, французского, английского фарфора престижных фирм и солидного возраста. После первой, удачной авантюры с сервизом из Берлина мы не решались повторить этот подвиг, хотя руки иногда чесались. Мы мужественно проходили мимо, ограничившись лишь несколькими разрозненными, но особо притягательными предметами – остатками утраченных сервизов.

К изделиям из фарфора, против которых сложнее устоять, хотя мы сильно стараемся, относятся кофейные чашки. Покупая первую из них – крошечную чашечку без блюдца из французского лиможского фарфора со стертым золотом и узором из блеклых незабудок по всей поверхности стенок, я впервые ощутила совершенно новый для меня мотив приобретения: использовать достойную, красивую и старинную вещь по новому назначению. Мысленно я уже интегрировала чашечку в свой быт.

– Пусть будет под зубочистки, – решила я. И здесь опять сработал мотив жалости – ведь пропадет, расколется при бесконечных переездах.

В пользу покупки чашек есть несколько весомых аргументов. По европейской кофейной чашечке довольно легко определить производителя, время производства, стиль, качество фарфора, технику обработки и декорирования. Кроме того, транспортировать ее не представляет никакой проблемы. И наконец – цена. Давно снятые с производства, часто давно не существующих фирм, чашки почтенного возраста – от 50 до 200 лет – стоят в разы меньше, чем фарфоровые реплики в музейных бутиках. А если покупаешь несколько, цена резко падает. Часто чашки и блюдца любовно подобраны друг к другу, и только по клеймам на обороте с удивлением узнаешь, что у них разные производители.

По этой же причине бывает трудно пройти мимо не представляющих коллекционной ценности милых и недорогих фарфоровых бонбоньерок грациозных форм и с изящными рисунками – цветами, бабочками, птичками и виньетками в стиле барокко и рококо. Приковывают взгляд специально расставленные на прилавке (сигнал – цена будет выше!) или затерявшиеся в коробках (почти задаром!) фаянсовые вазочки на один цветок, парные вазы из фарфора, стекла и металла всевозможных форм и размеров. И каждый раз от жалости сжимается сердце: надо спасать!

* * *

Жалость к вещи – особое чувство на блошином рынке. Она связана с печальной темой – темой хранения и перевозки хрупких старинных предметов. Потери при их транспортировке здесь очень велики, судя по нашему опыту. Фарфора это касается в первую очередь. Игорь упоминал во второй части о пасхальной вазочке из Тюрингии в форме яйца второй половины XIX века, усыпанной барельефными незабудками (см. ил. 72, вкладка). Я выудила ее со дна картонной коробки, заваленную другими вещами, и значительная часть цветочков уже была утрачена – скорее всего, во время перевозок. Другая тюрингская пасхальная вазочка в виде яичной скорлупы с зайцем и веткой вербы, тоже уже знакомая читателю[477], досталась Игорю за бесценок, поскольку сама продавщица была убеждена, что ваза повреждена – так искусно были выполнены сколы по краям «скорлупы» (см. ил. 73, вкладка). А однажды Игорь со второго раза за бесценок купил каминные часы бисквитного фарфора со сценкой кормления лошадей в стойле: хозяин вдвое сбавил цену, так как во время повторной транспортировки часов на рынок у одной из лошадей отломилось ухо (приложенное к покупке в пакетике).