В принципе, бабе тогда было тридцать лет и мне понятно подобное поведение. Вернее, зная мотивы этой алчной суки, захомутавшей моего излишне рассеянного сына, её поступок никого не удивил. Но даже если ты вышла замуж из-за денег, то, причём здесь дети? А может, оно и к лучшему. Трое детей Чеслава, воспитанные Агнешкой, точно выросли приличными людьми. Вернее, пока растут, и я ещё оказываю на них определённое влияние. Только почему-то потомки самого спокойного из моих детей, оказались с шилом в заднице.

Мне тяжело смотреть на статую сына, но приходиться себя заставлять. Не дай бог кому-нибудь хоронить своего ребёнка. Особенно если его убили из-за вас. Смерть исполнителей и заказчиков не приносит никакого удовлетворения. Даже фактическая капитуляция моих старых врагов ничего не значит по сравнению горем, которое я видел каждый день в прекрасных серых глазах супруги, сломленной потерей Чеслава. Кстати, меня должны похоронить между ними и без всякого пафоса. Ещё я попросил не ставить никаких памятников, а просто положить могильную плиту. Только чует моё сердце, что мне возведут целый монумент.

Встаю со скамейки и медленно иду в сторону выхода. Буквально из ниоткуда появляется мой телохранитель Сергей. С момента отъёзда из России на меня покушались шесть раз. И если три раза действовали дилетанты, то остальные нападения могли закончиться успехом. Последнее унесло жизнь Чеслава, водителя и охранника. Вражины перепутали автомобиль и расстреляли сына на въезде в город. Тогда я на год посадил семью, чуть ли не под арест, а сам методично разматывал клубок заговора. Сейчас убивать меня практически бессмысленно, но старые польские друзья и новая поросль социалистов, придерживаются иного мнения. Хотя, первых я проредил до самого основания, а вторые писают в штанишки, услышав моё имя. Но семья считает, что патриарха надо охранять. Ян сначала хотел, чтобы мой выезд сопровождал огромный кортеж охраны. Но я сделал проще и просто перебрался в наше поместье в предгорьях, построенное недалеко от Тукумана. Здесь давно функционирует аналог питерского НИИ, который я периодически посещаю, так как уже отошёл от основных дел. Несмотря на то что Сан-Мигель-де-Тукуман — важный транспортный узел и промышленный центр, здесь практически нет лишних людей.

— Дедушка, наши планы не изменились? — спросил на выходе высокий красавец блондинистой наружности, — Едем в промзону? Или сначала домой пообедать? Тебе надо соблюдать предписания доктора и не нарушать режим питания.

Хлопаю по плечу здоровенного амбала, чью стать не может скрыть даже специально пошитый костюм. Мой внук Цезарь и первый сын Яна, двадцати двух лет от роду, с недавних пор начинает вникать в устройство СБ компании, которую со временем возглавит. Сначала мы с сыном думали, что мальчик пойдёт по финансовой линии, но по мере взросления он начал интересоваться совершенно иными вещами. Спорт, особенно борьба и атлетика, а ещё стрельба из всех видов оружия, увлекли моего третьего внука. После юридического факультета, который Цезарь закончил с отличием, он вдруг нанялся добровольцем в колониальные войска. После возвращения три месяца назад, мы его никуда не опустили и нашли новую игрушку. Вот молодой человек осваивает разные грани новой профессии, в том числе охрану и сопровождение ВИП персон. Регион у нас более-менее спокойный, но ещё десять лет назад здесь кипели такие страсти, что дух захватывало. В том числе никого не удивишь покушениями на некоторых людей, особенно связанных с добычей гуано и гевеи.