Кстати, чилийцы демонстративно игнорировали Ибероамериканский Союз, за что и поплатились. Шум, поднятый Лондоном, никого не интересовал, так как Испания и стоящая за ней Франция с юридической точки зрения были правы. САСШ пока не заключали с британцами альянс, а в Германии и России посмеивались над попытками сэров втянуть в войну другие страны.

Как итог, республика Чили была полностью разгромлена и, кроме немалой контрибуции, признала факт конфискации своих компаний, занимавшихся добычей птичьего говна. Сейчас этой страны просто нет. Вернее, это небольшой участок суши с огромными водными ресурсами, и всё. С англичанами союзники договорились по-хорошему, выплатив компенсацию. Сэры моментально слили чилийцев, заодно опутав их кредитами, за счёт которых Сантьяго расплачивался с победителями. Но наглых островитян аккуратно отодвинули от контроля над гуано, начав продавать им сырьё по рыночным ценам. Англичан такое решение местных властей не остановило, и они продолжили лезть в чужие дела. Только влияние Лондона на этих землях снижалось с каждым годом.

Понятно, что я сразу влез в освободившуюся нишу, заодно начал подминать под себя добычу гевеи. Дабы не класть все яйца в одну корзину, плантации столь нужного сырья появились в испанских колониях Западной Африки. Сеньора дель Кастильо интересовали не только какао и кофе. Эффект рассада начнёт давать лет через пятнадцать, но мы были к этому готовы. Заодно удалось помешать англичанам, украсть ростки нужного дерева в Перу. Только в конце восьмидесятых они провернули аферу с бразильскими саженцами, но большого значения этот шаг не имел. А ещё мне удалось застолбить за собой Чукикамату, на паях с боливийским правительством, конечно. Этот шаг послужил началу длительного конфликта с британскими и другими иностранными компаниями, которые сами хотели прибрать к рукам крупнейшее месторождение меди в мире. Только мне удалось выстоять и не допустить к этому сказочному месту конкурентов. Некоторых из них смогла остановить только пуля, царство им небесное.

Вот так мне удалось вписаться в аргентинские и южноамериканские расклады. Тогда у меня было ощущение настоящей жизни. Всё-таки Коля Смирнов, да и Юзек, больше авантюристы и непоседы, нежели представители спокойных профессий. Пока Пётр и Катарина с помощниками организовывали переезд, я ввязался в новую заварушку.

Война закончилась полной победой союзников. По её окончании мне сразу удалось установить дружеские отношения с боливийским и перуанским руководством, пообещав мощные инвестиции в экономику обеих стран. Мои агенты очень высоко оценивали потенциал Боливии в плане полезных ископаемых, это не считая меди. Мы потому и выбрали своими базами Кордову, Тукуман и Сальто, что через эти города начали строить железнодорожную ветку к Чукикамате, Антофагасте, Ла-Пасу и перуанской Арике. Трансконтинентальная дорога — это всегда хорошо, а для меня так просто подарок.