В итоге совершенно сбрендивший Кальдерон не нашёл ничего лучшего, чем объявить о своём желании вернуть Панаму и, естественно, национализировать канал. Мгновенный десант франко-испанского корпуса при поддержке венесуэльской и перуанской армии, поставил крест на карьере генерала. Заодно рухнувшая в нищету и полностью разорённая Колумбия начала постепенно восстанавливаться.

Гораздо сложнее дела обстояли с Бразилией, чей император Педру II начал кардинально менять свою политику. Вернее, достаточно либерального монарха, выстроившего прогрессивную и рабочую систему, начали поджимать собственные олигархи. Португалоязычной знати совершенно не нравилось усиление новых колонистов, в первую очередь немцев и поляков на юге страны. К тому же три южных штата более ориентировались на кооперацию с Аргентиной и Боливией, что вызывало дополнительное раздражение в Рио. Недавно прибывшие европейцы, давшие мощный толчок развитию региона, захотели разумного самоуправления. Назначаемые севером губернаторы, редко заботились о развитии подвластных территорий, предпочитая просто набивать карманы. С учётом того, что новые поселенцы активно поддержали идеи Фаррапус[4], столкновения стали вопросом времени. Только это были уже не оборванцы, а вполне успешные фермеры, мастеровые, фабриканты и промышленники, многие из которых имели опыт войн в Европе. Особенно это касалось поляков. А ещё за спинами сепаратистов маячила фигура одного неугомонного графа.

Вот не полезь англичане в Бразилию и не начни откровенно хаметь в Южной Африке, я бы держался подальше от всякого рода грязных делишек. Но подумав, решил создавать свою сеть, которая должна была методично опутать нужные мне страны. Кроме Аргентины, в сферу моих интересов входили Боливия, Уругвай, юг Бразилии, Перу, Эквадор и Венесуэла. Именно в этих регионах я начал активно открывать газеты на подставных лиц, подкупать политиков и устранять ненужных людей.

Здесь уже не до церемоний, потому что бежать с нового места я никуда не собирался. Ошибки, сделанные в России, были переосмыслены и новая организация начала медленно подминать под себя власти и общественное мнение огромного региона. Базовой идеологией являлся ибероамериканские ценности, придуманные моими аналитиками. Республика, независимость, народное самоуправление, главенство закона и противодействие вмешательству во внутренние дела Латинской Америки САСШ и Британии, являлись основными скрепами новой политики. И эти незамысловатые лозунги прижились как среди высшего света, так и простых граждан. Здесь прекрасно помнят захват Доминиканы с Кубой, аннексию половины Мексики, спровоцированную англичанами чудовищную Парагвайскую войну и агрессию Чили. При грамотной обработке достаточно легко создать образ врага. Им теперь является гринго, говорящий по-английски. Берлин здесь тоже не особо любят, из-за излишне агрессивной экономической политики последних лет, попытавшихся завалить континент дешёвыми товарами. Хотя, к немецким переселенцам относятся весьма дружелюбно. А для Германии существует прекрасная защита под названием протекционизм.