В дальнем конце коридора показались две тёмные фигурки. Цыганистый мальчишка с отцом притормозили и закрутили головами, всматриваясь в них. Сердце Джорджа тяжело булькнуло в груди; обострившееся зрение помогло ему понять, кто ждёт там, впереди.

— Папа! Папа! — закричал он.

Мистер Флэнаган тотчас обернулся на его зов. Слабая улыбка скользнула по его бледному, растерянному, вытянувшемуся лицу, он пошатнулся, властно отстраняя стюарда в нагруднике, и простёр к Джорджу руки.

— Джордж! Слава богу, Джордж, ты здесь!

Джордж тотчас вырвался вперёд и заковылял к отцу. Ноги его почти не держали. Он с трудом смог добраться до мистера Флэнагана, и мистер Флэнаган подхватил его уже тогда, когда Джордж готов был упасть ничком. Стюард рядом с ними повернулся к лысому мужчине и его взлохмаченному дикому сыну и бросил:

— Скорее, идите на свою палубу и ждите! Ждите и не поднимайте паники!

Те озадаченно переглянулись. Ни их судьба, ни их чувства уже не имели для Джорджа никакого значения: и лысый мужчина, и его сын, и стюард, и вообще всё за пределами его маленького мирка потеряло для Джорджа значимость, когда он шагнул вперёд, теряя силы, а отец уверенно и легко подхватил и отряхнул его. Джордж стиснул руку мистера Флэнагана изо всех сил и прошептал:

— Я совсем не думал, что всё окажется настолько серьёзно, папа, мы должны немедленно уходить отсюда!

— Я знаю, сынок, я знаю, — тихо проговорил мистер Флэнаган и пригладил Джорджу волосы. Его рука мелко дрожала. — Мама и Шарлотта уже в шлюпке, я сам их туда посадил… они уже в безопасности, Джордж, теперь осталось нам с тобой подумать о своей судьбе.

— Что же нам делать? — спросил его Джордж доверчиво.

Мистер Флэнаган серьёзно ответил:

— Спасаться.

— Давайте, торопитесь, скорее уходите отсюда! — твердил стюард, подгоняя парочку оборванцев из третьего класса. — И где ваши нагрудники?

Лысый мужчина махнул рукой и пробормотал глухим голосом:

— Да чёрт их знает! Вы хоть объясните, как нам попасть наверх, если половина решёток опущена?

Лицо стюарда вытянулось и пожелтело.

— Половина… опущена? — в неверии повторил он.

Лысый мужчина уверенно кивнул, его тёмные глаза-угольки загорелись энергичным пламенем.

— Вот да! — обиженно подтвердил он. — Они опущены, и нам никак не перебраться через них. Может, дружище, ты всё-таки их подымешь и дашь нашим бедным ребятам, чёрт побери, спастись? Или право на жизнь — это монополия для богатых?

Стюард встревоженно замахал руками. Он силился заученно улыбнуться, но мускулы ему не повиновались, и выходил у него, скорее, какой-то жуткий оскал.