Потери у римлян были серьезные: «В сражении и во время бегства пало до двух тысяч семисот граждан и союзников, четыре римских центуриона и два военных трибуна: Марк Лициний и Марк Гельвий. Четыре знамени были потеряны крылом, с которого началось бегство, и два – легионом, сменившим отступавших союзников» (Liv. XXVII, 12). Аналогичную цифру называет Плутарх (Marcell. 25), что не удивительно, поскольку греческий писатель всю информацию о битве при Канузии брал из труда Тита Ливия.

Марцелл был в бешенстве. Проконсул устроил жестокий разнос командирам высшего и среднего звена, а потом занялся наведением порядка среди рядового состава. Построив легионы, Марк Клавдий разразился гневной речью, упрекая воинов в трусости, а в конце монолога заявил, «что видит римское оружие и римскую плоть, но ни единого римлянина не видит» (Marcell, 25). После чего распорядился выдать разбитым манипулам на ужин вместо пшена ячмень, а их центурионам приказал стоять в стороне с обнаженными мечами и без поясов.

По логике вещей, эта неудача должна была охладить воинственный пыл Марцелла, но не тут-то было! Удивительно, но столь жестокое поражение не остановило римского полководца, и он по-прежнему с маниакальной настойчивостью жаждал вступить в открытый бой с Ганнибалом. На следующее утро на равнине вновь построились римские легионы. Даже карфагенский командующий, которого было трудно чем-либо удивить, был поражен настойчивостью римлянина. Указав рукой в сторону вражеской армии, полководец произнес достопамятные слова: «Ну и противник! Он не может перенести ни удачи, ни неудачи! Победив, он свирепствует над побежденными; потерпев поражение, он снова бросается в бой» (Liv. XXVII, 14). После чего Ганнибал вывел войска из лагеря и приготовился к новой битве.

В этот раз Марцелл отнесся к предстоящему сражению гораздо серьезнее, чем накануне. Легионеры отдохнули и позавтракали, а затем проконсул вновь обратился к ним с проникновенной речью, призывая смыть вчерашний позор. Бывалый вояка, он делал всё для того, чтобы поднять боевой дух в легионах. В первых рядах боевой линии Марк Клавдий специально поставил те манипулы, которые накануне первыми побежали с поля боя. Он очень хорошо знал настроения, царившие среди простых легионеров, и умело этим пользовался. Воинам, что прослыли вчера трусами, Марцелл сегодня давал шанс стать героями. Желая ещё больше ободрить подчиненных, Марк Клавдий проехал в центр боевых порядков и принял командование над стоявшими там легионами. Полководец хотел лично повести их в атаку. На флангах войска возглавили Луций Корнелий Лентул и Гай Клавдий Нерон, будущий спаситель Италии. Восемнадцатый легион, проявивший себя накануне не лучшим образом, командующий поместил на правое крыло. Закончив построение, Марцелл повел римлян на врага.