Если бы под командованием Магона было столько воинов, сколько указано у Полибия, он никогда бы не решился атаковать римлян за пределами городских укреплений. Полибий же противоречит сам себе, и логика в его умозаключениях совершенно отсутствует. То он пишет о том, что от гражданского населения Нового Карфагена при обороне города не будет никакого толку и простые жители станут только мешать солдатам. Затем резко меняет точку зрения и сообщает о том, что 2000 «наиболее здоровых» горожан вооружились, встали у ворот и атаковали римлян. Но в этом случае численный и качественный перевес легионов над небольшим отрядом «наиболее здоровых» горожан был бы колоссальный. Исходя же из количества воинов карфагенского гарнизона, Магону некого было послать на помощь отряду ополченцев. Таким образом, организуя вылазку, Магон изначально обрекал себя на неудачу и осознанно посылал городское ополчение на убой. Зато всё встает на свои места, если мы отдадим предпочтение информации Аппиана. 10 000 карфагенян напали на римлян, выкатывающих на позиции осадные машины, и только введя в бой значительные силы, Сципион после кровопролитного сражения загнал противника в город. Обе стороны понесли большие потери, и римляне взяли верх только благодаря «их упорству и выносливости» (App. VI, 21). Во время отступления множество карфагенян было убито, и римляне едва не прорвались в Новый Карфаген.

Посмотрим, как происходила атака на город со стороны лагуны. Античные авторы свидетельствуют о том, что Сципион знал, когда произойдет отлив, Полибий об этом пишет прямо и недвусмысленно: «Он не преминул познакомиться также с положением Карфагена, с его укреплениями и со свойствами окружающей его лагуны. Через рыбаков, работающих в тех местах, Публий дознался, что воды эти на всем пространстве мелки и во многих местах переходимы вброд, что обыкновенно каждый день к вечеру здесь бывает значительный отлив» (Polyb. X, 8). Информацию о том, что Сципион заранее был проинформирован об отливе, подтверждает и Тит Ливий: «Ему донесли, что начался отлив; от тарраконских рыбаков, избороздивших всю лагуну на легких челноках и двигавшихся вброд там, где челноки садились на мель, он знал, что по мелководью легко подойти к городским стенам. Он взял с собой пятьсот воинов; около полудня начался отлив, а тут еще поднявшийся сильный северный ветер погнал воду туда же, куда она и сама отходила, и так обнажил отмели, что вода была где до пупа, а где даже чуть повыше колен. Обо всем этом Сципион разузнал заранее, но объявил знамением: боги-де отвели море и спустили воду в лагуне, чтобы открыть перед римлянами путь, еще никем не хоженный, и он приказал, следуя за Нептуном, пойти прямо через лагуну к стенам» (XXVI, 45).