Романовский принял от военкома удостоверения и коробочки с медалями. Ответил на рукопожатие:

– Служу Советскому Союзу!

– Так и служи, сынок! – услышал он голос Смирнова.

Повернулся к товарищам и постепенно начал различать лица и плещущиеся над головами руки. И он поднял руку. В зале мгновенно наступила тишина.

– Я безмерно счастлив!.. И поэтому вряд ли смогу говорить связно о своих чувствах, о себе. Да это и не надо… Я хочу рассказать о другом человеке, с чьим именем связана вся моя жизнь, который и после гибели был для меня примером. Да, он, мой командир Иван Павлович Дроботов, погиб. Погиб в воздушном бою. Лучший истребитель фронта, виртуоз воздушного боя погиб нелепо, потому, что его на несколько секунд раньше, чем было можно, оставил без прикрытия ведомый. Ведомым был я.

– Твоей вины не было! – бросил в притихший зал Смирнов.

– А укор остался. Вечный укор! – Романовский оттянул галстук, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. – Он ушел из наших рядов безвременно, но успел решить свою «формулу жизни». А формула проста: «Если ты настоящий человек, если не хочешь, чтобы след твой на земле потерялся, воспитай хоть одного равного себе, а лучше – превосходящего тебя во всем хорошем и нужного для Родины!» Вот в первом ряду сидят его друзья и воспитанники. И они идут по жизни с заветом Дроботова. И меня, в то время желторотого птенца, поставил на ноги… Но одного увидеть себе подобным не успел: своего сына!..

Зал десятками широко открытых напряженных глаз уперся в Романовского, а он замолк, не находя слов.

– Смелее, Боренька! – шепнул сзади Смирнов.

– Война разметала семью Ивана Павловича. Родители погибли на горящей земле Украины. Жена, Елена Николаевна, ушла на фронт медсестрой и попала под взрыв бомбы. Трехлетнего сынишку эвакуировали из блокированного Ленинграда, и след его затерялся. По документам он утонул в Ладожском озере. А мы не верили. Все эти годы мы искали его. Не теряли надежды. Мы…

Генерал Смирнов не выдержал и вскочил из-за стола. Сильный с хрипотцой голос перебил Романовского:

– Мы нашли сына Героя Советского Союза Ивана Дроботова. Он среди вас, друзья!

– Вот подарок, посланный ему отцом в сорок четвертом году! – Романовский поднял над головой медальон из плексигласа. – Его имя сейчас Василий Туманов, его настоящее имя Василий Иванович Дроботов!

Василий встал. Он стоял с закрытыми веками, прижав подбородок к груди. Потом вскинул голову и, не мигая, смотрел на судью, читавшего решение об изменении фамилии. Когда военком протянул ему Грамоту Героя на вечное хранение, сделал два тяжелых шага к столу президиума.