Он пересек главную дорогу, возвращаясь к месту, где так долго ждал начала преследования разбитых мятежников, но не заметил никаких признаков людей Гэллоуэя, хотя, благодарение Господу, и мятежников тоже. Священник стер слезы с лица, дав лошади передышку. Справа от него, где на небе темным пятном выделялся дым от горящей станции, находились лишь лесные заросли и холмистые долины, и как он подозревал, именно по этой пересеченной местности прошли мятежники. Слева от него за обширными полями лежал лес, где на железнодорожные пути одна за другой накатывались атаки северян, но ни одна не принесла успеха, что, несомненно, значило, что мятежники по-прежнему прятались в лесу. Позади него армия этих демонов только что перебила зуавов Уинслоу на виргинском холме, оставив священнику лишь одну единственную дорогу.

Он поскакал на северо-восток, его отчаяние переросло в гнев, способный смести небеса. Что за идиоты руководили армиями северян! Какие же напыщенные болваны и индюки. Священник почувствовал, как перед ним открылась новая цель, новая миссия - раскрыть северянам глаза на малодушных трусов, которые вели их сыновей от одного поражения к другому. Он отправится на ферму Гэллоуэя, заберет свой багаж, и там один из слуг майора укажет ему спасительный путь на север через Булл-Ран. Настало время вернуться в здравомыслящий Бостон, где он начнет свою кампанию, которая раскроет глаза всей нации на ее грехи.

На холмах гремели пушки, гул отдавался в небе беспорядочным эхом. Трещали винтовки, тонкие струйки дыма поднимались над деревьями и ручьями. Роберт Ли привел двадцать пять тысяч человек, расположив их справа от осажденной линии Джексона, и ни один янки не догадывался о существовании там мятежников, пока не появились звездные знамена над серыми шеренгами. Фланговая атака мятежников хлопнула по славе Джона Поупа, подобно закрывающимся дверям. А преподобный Старбак уносил домой свой праведный гнев.

Солнце медленно опускалось к западным холмам. В лесу на востоке не шевелился ни один листок. Шум сражения гремел, как далекий гром, но что значил этот шум, и где сейчас янки, никто не знал. Патруль из восьмой роты Траслоу первым пересек выжженную снарядами полосу земли перед лесом, но не обнаружил там никаких янки. Снайперы ушли, и лес был пуст, за исключением мусора в покинутом северянами лагере.

Прибыли боеприпасы, их раздали измученным солдатам. Некоторые заснули, усталых людей было не отличить от окружавших их покойников. Старбак пытался составить список погибших, но работа продвигалась медленно.