– То есть вы нас считаете дурачками? – разозлился Лёха.

– Лёша, подожди, – Светка положила ладонь на его руку. – Александр Маркович, а как же комсомольцы-герои в годы Великой Отечественной войны? Они были нашего возраста, даже младше. Ими тоже манипулировали?

Отец Ивана снисходительно улыбнулся.

– Света, ты же училась на журфаке, хоть и недолго. Ты прекрасно знаешь, что такое пропаганда. Тем более – советская пропаганда.

Лёха попытался освободить свою руку, но Светка только сильнее сжала пальцы у него на локте.

– Александр Маркович, а американские лётчики, летавшие бомбить Германию? Им тоже было по двадцать лет. Но вряд ли их оболванила советская пропаганда.

– Ты не понимаешь, это другое. Они сражались за свободу.

Лёха дёрнул рукой, но Светка вцепилась в его локоть мёртвой хваткой. Лёха чувствовал, что она вся дрожит от напряжения.

– Александр Маркович, а за что вы сражались в августе 91-го? Не возражайте, я была там и всё видела. Какой пропагандой были оболванены вы?

– Ну знаете ли! – Александр Маркович стал выходить из себя. – Я уже был в сознательном возрасте, у меня за спиной были три курса журфака, и я прекрасно понимал, что происходит вокруг. У меня были свои убеждения, и я был готов их отстаивать!

– Больно! – прошептал Лёха, всё ещё пытаясь освободить руку. Но Светка его не слушала.

– Так почему вы не допускаете, что у нас тоже могут быть свои убеждения, и мы тоже готовы их отстаивать?!

– Да потому, что он свои убеждения считает единственно верными! – закричала Ольга.

– А если бы ты там погибла?! – в ответ ей закричал Александр Маркович. – Что бы тогда было?

– Тогда была бы мёртвой, – ответила Ольга.

– И чего бы ты этим достигла? Была бы ещё одна бессмысленная жертва. Очередная Зоя Космодемьянская.

– Вы считаете её подвиг бессмысленным? – Ольга смотрела на него чуть прищурившись, как обычно смотрят в прицел. – А может, если бы не было её героической гибели, мы бы и в войне не победили.

– Я гляжу, до примирения ещё очень далеко, – огорчённо произнёс Николай Петрович. – Вы как хотите, а я пойду покурю.

И он направился к выходу. Александр Маркович достал свою трубку и тоже поднялся из-за стола.

– А вы не находите, что наши дети в чём-то повторяют нас? – окликнула их Мария.