Светлый фон

— Скажи-ка, голубчик, а почему «дэтэ»?

Официально оружие именовалось трехлинейным пулеметом образца 1912 года.

— Не могу знать, Ваш высокобродь! Его наш унтер-офицер так называет.

Коренастый, уже в солидном возрасте танкист как раз начал выбираться наружу. Погоны были скрыты под комбинезоном, но Филатов не усомнился, что и есть тот самый унтер. Лицо его показалось знакомым, где-то он этого танкиста уже видел. Увидев офицера, унтер-офицер буркнул:

— Здравия желаю.

— Почему вы этот пулемет называете «дэтэ»?

— Дегтярева танковый, — не подумав, ляпнул Ерофеев.

— Дегтярева?

И тут полковник вспомнил, где и при каких обстоятельствах он видел этого унтер-офицера. И еще кое-что вспомнил.

— Значит, Дегтярева. Неужели того самого…

Полковник в задумчивости ушел. Ерофеев проводил его взглядом, соображая, насколько серьезно он сейчас проболтался. Потом обрушился на ни в чем не повинного солдатика:

— Ну, чего замер? Думаешь, пулемет сам почистится, пока ты уши развесил?

Хоть испытания и прошли не совсем гладко, то и дело лопались траки, особенно на каменистых местах, глохли моторы, пару раз слетали гусеницы, результатами испытаний комиссия осталась довольна. Председатель сообщил Кондратьеву, что общим решением членов комиссии танки инженера Филиппова будут рекомендованы к принятию на вооружение.

— Но вы же понимаете, что дальнейшее решение будет зависеть от министра и самого государя. Но оба они к техническим новинкам относятся положительно, а я со своей стороны выскажусь за такое решение.

— Надеюсь на скорейшее решение вопроса, Ваше превосходительство, — заверил Кондратьев.

 

Обычно неторопливая российская бюрократия военного ведомства в вопросе формирования нового батальона проявила неожиданную оперативность. Батальон решено было сформировать на базе автотракторной роты.

— Вот только батальон наш двухротного состава велено именовать не танковым, а первым отдельным бронетанковым, потому как вторая рота получит на вооружение не танки, а бронеавтомобили, которые еще предстоит сконструировать.

Новость была неожиданной.

— В одну телегу впрягли коня и трепетную лань, — прокомментировал решение начальства Сергей.