Енисейский острог

Апрель 7142 (1634)

На берегах великой сибирской реки уже пахло весной. Щебетали без умолку многочисленные птахи, влезая в спор солнца и снега на стороне первого. Лес вокруг острога наполнялся привычным для него шорохом, перестуком дятлов, цоканьем многочисленных белок, затеявшим любовные игрища. Красивые зверьки скакали с ветки на ветку, карабкались вверх, упираясь острыми коготками в кору, то припадая к стволу, то угрожающе выгибая спину и яростно стрекоча. Ночной мороз ещё сковывает коркой снег, прихватывает холодом набухшие почки на ветках, но силы неравны, и каждый новый день выигрывает у мороза ещё некоторое время. Лес ожидал прихода весны, сдаваясь ночью на милость мороза, как нетерпеливо ждут весеннего утра лесные обитатели, скрываясь ночью от рыскающих по лесу хищников.

Прошлым утром по ноздреватому снегу в Енисейск прибыл новый воевода с небольшим отрядом, дьяками и стрельцами. Василий Беклемишев, посланный на Енисей лично царём Михаилом Фёдоровичем Романовым и облечённый высокими полномочиями, принимал дела у ходившего темнее тучи енисейского воеводы Андрея Племянникова.

Дело не в том, что его заменяли, даже наоборот, наконец-то он сможет вернуться воеводой в свою отчину, послужить царю в Белгородской земле. А в том, что, хотя одну из самых главных задач сибирского воеводы он исполнял безукоризненно — все отправленные им в Москву обозы с меховой казною всегда были богаты, ничем не хуже красноярских, другую задачу — продвижение власти московского царя далее, к самому концу земли Сибирской, ему выполнить не удалось. Племянников регулярно отправлял в Москву донесения о причине такого положения дел, о том, что неизвестные ангарские людишки никак не дают ему проходу на Тунгуске-реке. А последняя встреча с ними и вовсе чуть не привела к гибели его самого. Лишь Божье провидение уберегло его от верной смерти от адских бомб, со свистом вылетавших из крепости ангарцев и взрывавшихся с диким треском.

— Значит, говоришь, Андрей Васильевич, бомбы летучие у них? — сидя за столом, спросил Беклемишев.

— Да, Василий Михайлович, крепостица у ангарцев тоже справная, пушки на стенах стоят.

— Держат реку, стало быть. А у берега не пройти? — заинтересовался новый воевода.

— Никак, крепостица у них на острове посредь реки. На том берегу острог каменный…

— Каменный? — изумлённо перебил Андрея воевода.

— Истинно так. Снизу камень белый уложен, башенки тож, а стены кирпичные, крепкие.

— А пушки в остроге есть? — И, видя кивок Племянникова, заметно посерьёзнел: — С молодецкого наскоку, как ты хотел, ангарцев не одолеть. Ежели ты баешь, что они были готовы к отпору, то видели тебя на реке до оного.