Как следует выплакавшись, Ольга оделась, напудрилась, чтоб скрыть следы слез, и вышла на палубу. А там со стороны китайского берега, чуть виднеющегося темной полоской на горизонте, вовсю пылал багровый зимний закат.

   Заметно потеплело, было градусов семнадцать по Цельсию - как-никак, корабль все-таки шел на юг. Настроение Ольги немного улучшилась, и она подойдя к борту и опершись на леера, стала наблюдать, как огромное багровое солнце тонет за горизонтом. И тут судьба нанесла еще один страшный удар.

   Обогнув большой пятитрубный минный аппарат, в ее сторону направилась компания, состоящая из трех человек. Сердце у Ольги екнуло. В середине, между двумя мужчинами в форме офицеров морской пехоты, шла смеющаяся и веселая Арина. Справа от девушки был брат Ольги - Михаил. Но не к нему обращено ее лицо, и не ему адресована ее улыбка, не его руку сжимает ее рука. Он здесь только для компании, чтобы злые языки не могли сказать ничего лишнего. Тот же, ради кого так светятся глаза Ольги, идет по левую руку от нее. Именно его рука, стальным хватом способная раздавить грецкий орех, нежно сжимает тонкие пальчики Арины. Именного его ухо слышит ее серебряный смех. И это никто иной, как человек, о ком она мечтает, тот, кто стал целью ее тайных вожделений. Это Сергей, Серж, Сережа, поручик Никитин. Причина ее тайных горьких слез, и горестных вздохов. Сейчас он идет под руку с другой, и она, а не Ольга, смеется, слушая его шутки. А то, то эта другая - ее собственная компаньонка, существо абсолютно ничтожное, как по происхождению, так и по богатству! Как эта змея только посмела!

   В глазах у Ольги потемнело. Что было дальше она не помнит. То ли она накинулась на обидчицу с кулаками, стремясь расцарапать ее наглую смазливую рожу, то ли просто грохнулась в обморок.

   Очнулась она лежащей на своей койке, с мокрым холодным полотенцем на лице, так приятно охлаждавшем ее разгоряченный лоб. Скинув его в сторону, Ольга увидела брата Михаила, сидящего на стуле, рядом с ее постелью.

   Когда она попыталась встать, Михаил удержал ее, - Лежи, лежи, Оленька. Ты упала и сильно ударилась головой. Нельзя же быть такой нервной. Корабельный врач запретил тебе вставать, как минимум, до завтрашнего утра.

   - Мишкин, я... - Ольга снова попыталась подняться, и Михаил снова удержал ее.

   - Я знаю, - ответил он на ее невысказанный вопрос, - То, что ты, как пятнадцатилетняя девочка, влюблена в Сергея, мог не заметить только евнух или ребенок. Он и сам понимал, что долго так продолжаться не может. Он вообще мужчина своеобразный, с эдаким шармом дикого зверя, чуть обточенного цивилизацией, поэтому Арина в него тоже втюрилась.