Но сейчас их разделяло полмира, и белые заснеженные просторы выводили его из равновесия своей неподвижностью. В районе «Серебро», изображенном на экране монитора, было совершенно спокойно, и это казалось ему жутким и противоестественным. Ему впервые пришло в голову, что тишина может быть осязаемой, вторгаться в человеческий разум, нарушая привычную работу мозга. Безмолвные вертолеты М-100, разбросанные по степи и частично замаскированные в небольших рощицах, выглядели настолько нелепо, что его разум изо всех сил старался найти этому безобидное объяснение.

Первая эскадрилья и должна была соблюдать молчание, спрятавшись в укрытии. Задача состояла в том, чтобы замаскироваться на местности так, чтобы датчики обнаружения противника не уловили никаких признаков жизни.

Они должны были стать невидимыми.

Эскадрилья не издавала ни единого звука.

Ни одно подразделение никогда не могло быть настолько дисциплинированным, чтобы тренированный глаз не различил хотя бы одного человеческого движения. Совершенство маскировки и дезориентации тоже имело свои пределы.

Тишина же на позиции Первой эскадрильи была какой-то особой и невыносимой. Ни одна из линий связи не отвечала на позывные Тейлора. Сначала они решили, что противник нанес удар по позициям Первой эскадрильи. Затем Мередит попробовал связаться с ее компьютерами.

Каждый компьютер Первой эскадрильи отвечал на запросы очень быстро. Информация передавалась мгновенно и точно. Машины продолжали свой победный марш, но управляющие компьютерами люди не отвечали на позывные.

Увидев первые изображения, Мередит почувствовал облегчение. Вот они стоят в целости и сохранности, тщательно рассредоточенные М-100. Сквозь быстро падающий, чистый, слепящий глаза снег, вглядевшись внимательно в заснеженные очертания стоящих на земле вертолетов, нельзя было увидеть никаких повреждений. Эскадрилья выглядела так, как должна была выглядеть, и Мередит даже решил, что, возможно, была какая-то странная аномалия в работе связи.

И только внутреннее чувство подсказывало ему, что здесь что-то случилось.

– Проверь состояние окружающей среды, – приказал Тейлор.

– Сэр, вы думаете, что они применили химическое оружие? – спросил Мередит.

– Может быть. Я не знаю, – сказал Тейлор спокойно. – Мне приходилось видеть трупы, пролежавшие недели, но выглядели они, как живые.

– Может быть, это нервно-паралитический газ?

Прищурив глаза, Тейлор склонился ниже над изображением, чтобы лучше его разглядеть.

– Именно на это я бы и держал пари. Но, черт побери, в этом нет никакого смысла. Даже если во время нападения у некоторых машин были открыты люки, у других они должны были быть закрыты, хотя бы из-за холода. А автоматические запоры и системы избыточного давления наверняка бы сработали.