— Как это тормознуть? Это что трамвай? Я по нему стрелять не буду. Сам понимаешь — это война, развёл руками, сокрушаясь, о том что цель пред носом а топить обычными средствами — нельзя никак.

— А зачем стрелять? Сам остановится, и сам свалит на Крит. И Мистраль надо попугать, чтоб Париж вспомнил тысяча восемьсот двенадцатый. А то ишь разухарились — вояки, — Морской змей сладко щурился прихлёбывая чай в уютной каюткомпании подводной лодки.

— Ты «усы» не топорщи? Как я тебя высажу у авианосца, если он идёт и останавливаться не хочет? И что ты собрался у него откусить что корыто будет стоять и драпать на базу НАТО?

— Есть тут одна мысля! — ухмыльнулся морской ниндзя, — Но, так как она полностью невозможная, отвязная и безрассудная, то значит и выполнимая, — подвёл итог логическим построениям, казусам и ничего не сказал капитану первого ранга Змей.

— Сам поделишься или пытать? — шутил командир подводного дизельэлекторохода, подталкивая немногословного начальника морских дьяволов от невероятных мечтаний к возможному откровению.

— Дак, куда ж я от тебя денусь. Вот — слухай, что надо сделать! — начал построссийский последователь идей Судоплатова, — Сначала ты подберись к ним ближе. Я ж не могу ещё пока на расстоянии такую махину остановить. Мне, так сказать, вербально-осязаемый контакт нужен с его поверхностями и нашими прибамбасами.

— Василич, не пробьёт ни одна твоя мина его корпус. А даже и если пробьёт — это ж что слону дробина! Он отсек законопатит и дальше попрёт!

— Эт точно. Значит, корпус мы ему дырявить не будем! — сделал вывод моряк, — Мы ему другую вещь порушим. Ломать не строить — много ума не надо, — подытожил диверсант.

— Это какую же? — по инерции спросил командир подлодки. И тут же сообразил о чём идёт речь, — да ты спятил! Василич! — Василич помрачнел лицом и сцепил челюсти подтверждая своё неуёмное желание уделать громадную махину силой одной своей группы подводных водолазов-разведчиков.

— А хули они суки выёживаются! — выставил свой, неопровержимый аргумент глава подводных летучих мышей, — пора и честь знать.

— Вас же побьют! Всех! Насмерть! — эмоции на мгновение заслонили холодный расчёт в действиях командира варшавянки.

— Ну, хто — на шо учился! Та и не депутаты мы Госдумы! И потом — не горячись Виталий Владимирович! Може и не так всё страшно, — задумчиво глянул на стакан с чаем в котором плавала долька лимона ниндзя и вытянул губы, собирая морщины на лбу в увлекательную гримасу преддверия большущей будущей пакости, — да и останавливать его не надо — сам остановится. Потом, — саркастически ухмыльнулся боевой пловец, предвкушая и интригуя командира подводной лодки и особиста, что пока помалкивал и в полемику не вступал.