— Скорее всего, небольшой приступ малярии, — ответил он. — Не стоит беспокоиться.

— Я свернусь калачиком у тебя на груди и согрею тебя, — сказала она.

Профессор Хира, чувствуя себя одиноким и испытывая чувство ревности, отправился в кабину к Фрэнку. На Фрэнке были темные авиационные очки, отделанные мехом, в которых он был похож на развратного лемура. Заметив стоящего рядом Хиру, он похлопал его по колену.

— Привет, старина! Как дела?

— Недурно, — ответил Хира. — Как вам нравится этот парень Най, ничего?

— Кто? Най? Неплохой парень. А что?

— Ну, он с вашей сестрой…

— Он давно влюблен в нее. И вообще, Кэтрин сама знает, что делает.

— Она такая симпатичная девушка. Просто потрясающая.

— Да, — неопределенно ответил Фрэнк. — Ничего. — Он засмеялся. — Мне она тоже очень нравится. И, по-моему, не только мне одному, а? — Он слегка подтолкнул Хиру в бок. Тот покраснел. Самолет вздрогнул и, накренившись вправо, начал пикировать. Фрэнк неумело выровнял его, но, похоже, его совсем не взволновал тот факт, что они чуть было не разбились; он продолжал жизнерадостно болтать, рассказывая Хире неприличные анекдоты (об инцесте, изнасилованиях и евреях). Слушая эти истории, Хира почувствовал, что он вот-вот расплачется.

Он попытался как можно быстрее сменить тему разговора:

— Интересно, какая там политическая обстановка. — Он кивнул головой на запад.

— Черт побери! Какой смысл об этом думать. Все кончено, разве не так?

— А все уже кончено?

— Ну, ведь вы знаете, что я имею в виду. У нас есть самолет, мы здоровы, у нас есть миллионы Корнелиуса — или скоро будут. Мы все вместе. Зачем волноваться? — Фрэнк переложил ручку управления из левой руки в правую и протянул свободную руку к Хире.

— Я думаю о моральной стороне дела, — уточнил профессор Хира.

— Наплюйте на это!

Фрэнк положил руку на колено Хиры и крепко сжал его.

Индийский врач вскрикнул и отдался во власть Фрэнка.

Самолет чуть было не коснулся воды, а затем резко взмыл вверх, Фрэнк направил самолет прямо к облакам.