— Делай то, что приказано, понял, тварь? — засовывая плеть за пояс, зло зашипел старшой.

Леонтий опустил голову:

— Понял, господин.

— Ну, вот, то-то же!

Обернувшись, Якуб поискал глазами Лешку:

— Эй, ты! Завтра вместе со своими щенками встанешь на второй плот! Третий тоже за вами.

— А первый?

— Первым Бовий управится.

Бовий был пленный литвин — угрюмый крючконосый мужик с длинными корявыми руками-лапами. Опытный плотовщик… Ну да, как же на первом плоту, да без опыта… А он, Лешка, и его напарники, выходит… Выходит… Кажется, Каткарлыш упоминала о некоторой смертности? Говорила — то один, до двое рабов да погибнут. Наверное, это были самые любопытные рабы… Или — не в меру навязчивые. Вот, как сейчас — Леонтий.

Выбрав время, Лешка подозвал ребят:

— Вот что, парни, бежим не с утра, а потом, ночью.

— Ночью? Так это сколько же мы уже проплывем?

— Ничего, нагоним. Просто, мне кажется, следующей ночью плотовщикам будет не до нас… хотя… Это может случиться и следующей ночью… и еще позже…

— Да что случится-то?

— Кража, друзья мои, кража!

— Так, может, лучше сегодняшней ночью рванем? — сверкнул глазами Лука. — Чего зря время-то терять будем?

И верно…

Подумав, Лешка согласно кивнул — сегодня, так сегодня.

Ночью близнецам было наказано не спать — ночевали-то в разных шалашах, где указал Якуб. Не спать — ждать сигнала.