Лука шмыгнул носом:

— А я думал — завтра сбежим!

— Дурачок, — ухмыльнулся Леонтий. — Завтра у сплавщиков и охраны, считай, целый день пустой, а на послезавтра отплытие назначено! Смекай, чуча!

— Сам ты чуча! — обился на брата Лука и тут же признал, — Ну, вообще — справедливо.

Весь следующий день — а он выдался солнечным, погожим — парни вместе со всеми готовили плоты к новому этапу пути — что-то подвязывали, кое-где убирали лишние бревна, сколачивали опоры для шестов.

Леонтий вдруг проявил неожиданное рвение:

— А вот здесь плоховато сделали, дядько Якуб! — он кивнул на три первых плота. — Отвязаться могут. Я б еще и бревнышком закрепил! Нет, право слово…

— Сиди уж, умник, «бревнышком»! — зло отозвался старшой. — Без тебя управимся.

А ведь Леонтий говорил дело! Лешка и сам видел что с этими тремя плотами что-то не так. И леса в них больше, чем в остальных, да и Якуб с ними не в пример больше возится… И на парня он зря накричал, зря… Почему?

— Дядько Якуб! — снова закричал Леонтий. — А тут вообще все развязалось! Я возьму веревку, подвяжу?

Плотовщик обдал парнишку взглядом, полным ярко выраженной злобы. Однако, ничего не сказал, спокойно подошел, дал веревку… Даже похвалил. Очень и очень не искренне — да уж, что сказать, не актер!

Алексей хотел было предупредить мальчишку, чтобы был с Якубом поосторожней, но… Но тот сам быстро обернулся и неожиданно подмигнул — все, мол, в порядке… Ох, черт! Специально решил проверить старшого! Развел самодеятельность… Ну, вообще-то, правильно — ишь, как забеспокоился Якуб — похоже, он тут и есть главный дровяной вор. Интересно, кто с ним еще в деле? Наверняка, кто-нибудь их охраны и, может быть, из плотовщиков… Ну да, как же без них-то? Надо ведь отцепить плоты от остальных, незаметно — скорее всего, ночью — подогнать к берегу… даже такой амбал, как Якуб, один не справится. Но… как же остальные? Было впереди три плота позади — и вдруг, оп, потеряли! Как так? Неужто не заметили бы? Ночи-то, правда, темные… Значит, наверное, имеется где-то по пути удобная коса или заводь… Ага… Пристали на ночлег к бережку, а потом, ночью — три плота — раз! — и исчезли. Что же их, никто не пересчитывает? Как это — никто? Да Якуб и пересчитывает, с помощниками… значит, и те в доле. И воины… не все, достаточно первой или второй ночной стражи… Или — под утро — третьей…

— Не строй тут шалаш! — подойдя к третьему плоту, резко выкрикнул Якуб.

Леонтий обернулся:

— Но…

— Молчать! — в ярости выхватив плеть, Якуб ударил парня — и тот едва успел подставить руки. Не успел бы — остался без глаза… Как, кстати, и сам Якуб.