Я до сих пор восхищаюсь нашими револьверами — сочетание вороненной стали, полированной бронзы и ореховых рукояток — красавцы. Не мудрено, что попыток украсть или купить револьверы у моих людей в Каффе, даже больше чем посягательств на карабины. Но у меня закон предусматривает наказание за утрату оружия, а вот за продажу оружия кому-либо, без моего личного разрешения — смертная казнь. Жестоко — но надо. Мои полицейские в Каффе носят револьверы даже не на шнурках, а на стальных цепочках. Так что единственный случай утраты оружия был тот бой в Тане, когда у убитого часового пропала однозарядная винтовка.

Кроме того, ведется учет патронов — четко зафиксировано, какой боезапас выдан какому солдату. Если солдат или полицейский стрелял — ему спокойно меняют в оружейке стреляные гильзы на новые патроны. Спрашивают, только если слишком большой расход патронов, должен рассказать о причинах. Но периодически проводят внезапные проверки, у солдата суммарное количество патронов и стреляных гильз должно соответствовать выданному боезапасу. И если не хватает хоть одной гильзы — придется объясняться со Службой Безопасности, зачатки которой уже созданы.

А началось с одного простого мужика, разнорабочего. Мрачноватый такой, заметил я что он ворчит в одиночку, ну и расспросил его, чем, мол, Иван недоволен. А он мне как вывалит — та повариха так мухлюет, этот ездил на рынок, купил дешевого товара по дорогой цене и так далее. Я осторожно проверил — правда, некоторые подворовывают. Ну и наказал виновных — легкие телесные наказания розгами и снятие с должности. Легкие — это когда через пару дней уже ходить может, а тяжелые телесные наказания кнутом — это такая форма смертной казни. Традиции средневековья.

С Иваном еще побеседовал да и назначил его начальником Государственной Службы Безопасности. Объяснил ему задачи, сказал неспешно подыскивать подходящих людей. Теперь их трое в Каффе и один в Чернореченске. Носят военные гимнастерки с синими лычками и просветами на погонах. Только не васильковые, а индиго, с красителями туго у меня. Сам Иван — подпоручик, остальные — сержантский состав.

Наконец-то собрали прокатный стан — мощные чугунные валки, шестерни большого диаметра. Четыре клети, сменные валки — но пока только комплект под лист готов. Уголки, полосы и швеллера будем делать позже. Самыми сложными оказались валки — их надо делать большого диаметра для жесткости при прокате. Нам помогло то, что мы ограничились шириной проката в один метр, иначе валок мы бы не смогли изготовить. Да и этот пришлось отливать по частям, хорошо, что мы уже освоили точное чугунное литьё. Отлили отдельно бочку — толстостенную трубу, и отдельно ось.