Из станичников пережили голод тридцатых годов меньше половины. Даже если родители шли в колхоз, то кормили обедом только того, кто работал. Детям и старикам, сидевшим дома, еды не полагалось. В советские времена это было заменено красивой фразой о перегибах на местах.

Потому сейчас я работал и прогрессорствовал в этой реальности, чтобы в будущем подобных перегибов не было. Как и самих колхозов с коммунистами.

В Петербурге было прохладно и дождливо. Володька своей загорелой и цветущей моськой резко выделялся на фоне горожан. Николай Васильевич недовольно скривился при виде "плебейского" цвета лица у сына. Нужно будет заняться витаминами и конкретно витамином D. Вере, конечно, дел и без этого хватает, но пусть не синтезирует, а только метод доступно опишет. Давно пора просвещать народ, что пудра и зонтик от солнца не самые полезные вещи в нашем климате. Сам император игнорирует любые козырьки. Даже у моряков моду на бескозырки ввел. Ходит "лицом загорает". А профессор увидел смуглого сына и скривился.

Долго беседовать мне было некогда. Пообещал, что зайду в ближайшие дни, и поспешил к Сереге. Багаж уже доставили без меня. У Сереги был полный аврал. Шел монтаж оборудования кузнечного цеха, что-то еще делалось. Он упомянул только о проблеме с собственным магазином на территории.

— Пришлось пекарню строить, — пожаловался Серега. — Хотел как лучше, а получилось всё через одно место. Устин твоё зерно на мельницу отвозил, потом в магазине продавал муку. Как я и приказывал, цены не завышал. Так эти работяги быстро смекнули, все выгребли и перепродали. А потом самим пришлось задорого покупать хлеб за пределами завода.

— Вот поставишь пекарню, а не начнут хлебом торговать? — усомнился я в разумности идеи.

— Не… теперь хлеб только для столовой будет. Обеды сделаю бесплатными. Овощи пойдут по той цене, что и на рынке в городе. Больше ничего в магазине не станем продавать.

Так что проблем и у Сереги хватало. Я быстро пересказал новости. Обсудили нашего "киллера". В письмах я намеками сообщил Сереге о том, как один наш хороший знакомый, бросив все дела, тайком приехал в Петербург. А затем хорошее ружьё в Неве утопил.

— Что сделано, то сделано, — резюмировал Сергей. — Теперь будем плясать от того, что есть. У нас появились неплохие завязки среди медиков.

С господами Афанасьевым и Романовским я встретился через день. С Афанасьевым мы подробно обсудили черновик моей статьи. Он сильно удивился, что такое могло прийти в голову провинциальному промышленнику. Пообещал подтвердить или опровергнуть мои наблюдения по поводу никотина более тщательными исследованиями.