Хватко перевел.
Стражник осклабился и пролаял еще одну длинную фразу.
– Он говорит: за все товары, которые проходят через Булгар, положено платить десятину. За эти товары десятина не плачена.
– Какая еще десятина? – Богуслав спрыгнул с телеги, ткнул пальцем в стопку круглых зеленоватых стекол, проложенных для надежности тонким войлоком. – Это никто не провозил
– Ну да, – согласился козлобородый. – У нас. А это значит, что десятину за них никто не платил. Сейчас ты повезешь их через нашу, хранимую Аллахом и эмиром, землю. Значит, ты и должен заплатить десятину.
– Ладно, – буркнул Богуслав. В конце концов всё это пустяки в сравнении с делами Ильи. – За это я заплачу. А за это, – он ткнул в сторону следующей телеги, на которой лежали рулоны шелка, – я платить не буду. Это привезли издалека. Так что десятина уже уплачена. Так?
– Нет, не так! – мотнул головой стражник. – Откуда я знаю, уплачена ли за твой товар десятина или нет? Кто может это подтвердить? Никто! – Он победно взглянул на Богуслава. – Плати, рус!
Вот теперь Богуславу очень захотелось выпустить наглому вымогателю кишки. Даже радость от того, что об Илье все-таки не пронюхали, несколько померкла.
Славка сдержался.
– Хватко, – сказал он. – Я хочу знать, можно ли сыскать на него управу? По здешнему закону.
– Ты можешь потребовать суда, – ответил Хватко. – Вон там, в белом домике у караулки, сидит кади. Но я бы не стал этого делать. Суд стоит денег, и немалых. Чтобы кади истолковал дело в твою пользу, ему надо сделать подарок. Но, скорее всего, он – в сговоре с этим десятником и вынесет решение в его пользу.
– Ладно, – сказал Богуслав. – Мы заплатим десятину. Скажи ему это. И еще спроси: знает ли он, кто мы?
– Вы – из словенского города Киева, – проявил осведомленность стражник.
– Спроси его: помнит ли он нашего великого князя Святослава? И то, как он поучил его земляков уму-разуму?
Стражник помнил. Но еще он знал, что Святослава убили печенеги, а новый князь киевский слаб. Даже хузар обложить данью не может. Это в Булгаре все знают.
Богуслав усмехнулся.
– Что ж, – произнес он. – Не стану с ним спорить. Это очень хорошо, что все в Булгаре так думают. Очень, очень хорошо.
– Не сердись на него, мой господин, – сказал Хватко. – Ему нужно много денег, чтобы вернуть то, что он заплатил за свою должность.
– Ты хочешь сказать, что эти деньги он заберет себе? – Вот теперь Богуслав удивился по-настоящему.