Вот только после этого к нам прислушались, и староста согласился на более конкретные переговоры. Лодку продать он нам не согласился категорически. Не помогли даже мои монеты, якобы происхождения из Заозерья. А может, рыбак элементарно боялся, что проезжие бароны обманывают. Зато сдать в аренду лодку вместе с двумя гребцами согласился охотно. И уже через три часа, еще более мокрые от интенсивной гребли по самой стремнине Лияны, мы добрались до первого крупного городка империи Моррейди. Здесь уже и порт солидный оказался, и полный комплект благ, сопровождающих местную цивилизацию. Довольно быстро мы и денег местных наменяли сколько надо, и в порту сумели договориться о дальнейшем пути к Рушатрону.

Правда, вначале мы хотели лично нанять самую быстроходную ладью, а то и купить какое-нибудь подходящее суденышко. Все-таки сплавляться вниз по течению намного проще, и больших навыков кормчего не требуется. Но чуть подумав, мы рассудили здраво: с нашей жуткой усталостью после треволнений последних дней мы заснем — и хорошо, если сядем просто на какую-нибудь мель. Поэтому все дальнейшие усилия приложили для поиска места в качестве пассажиров на отбывающем вниз транспорте. Нашлась такая ладья, довольно большая, быстроходная, с великолепными парусами, которая доставила сюда из столицы товары и теперь возвращалась обратно с небольшой партией сушеных трав, местных фруктов, овощей и гибких стволов непонятных для нас растений. Нам показалось, что это лианы. Но в тот момент на все остальное было плевать: лишь бы слегка подзакусить да завалиться спать. Причем по поводу «подзакусить» настаивал и напрашивался только я, Леонид мечтал только о кровати. Но я настоял на своем:

— Раз обещали трехразовое питание в пути, то как можно его игнорировать?

Каюта нам досталась на удивление приличная, по местным понятиям, две койки одна над другой и место как раз уложить наши рюкзаки. Но мы и не привередничали, действительно слегка закусили, закинув в желудки по миске каши с мясом, и блаженно вытянули опухшие от усталости ноги. Причем действительно опухшие, потому что я свои сапоги неведомо какого размера снял с ног еле-еле. Что спровоцировало приглушенное бормотание засыпающего Леонида:

— А ведь за последние двое суток ты ел мало и бегал много. Когда же ты худеть начнешь? Кабанчик ты наш.

Обидеться я на товарища не успел, заснул.

А проснулись мы уже под вечер от топота ног по палубе и звуков ведущейся швартовки. Ладья причалила к пристани очередного городка для взятия нескольких тюков местного сукна и какой-то там пряжи. И мы, расслабленные и полусонные, так и выбрались на свет божий босиком и в легких рубахах на голое тело. Жутко хотелось помыться и освежиться. Все-таки пребывание и перемещение по пыльным пещерам сказывалось, а дымом от нас так и продолжало разить, словно мы выбрались из долго горящего автомобиля.