Ну и напоследок полковник напомнил о скором разглашении военной тайны:

— Как ее услышите, все поймете и ни о чем не пожалеете. Тем более что я иду с вами, а вы мне верите. Верите?!

В ответ грянуло довольно дружное «Да!», и командир наемников поспешил к царским бюрократам.

Полк его не подвел, собрались вовремя и выступили в дальний, нелегкий путь еще до обеда. В ответ командир тоже сдержал свое слово: через полтора часа после выхода действительно наиважнейшая военная тайна полетела молнией по колонне. И звучала она примерно так:

«На западе в царстве Трилистье начались кровавые, ожесточенные бои между армией людей и армией людоедов. Причем как зроаки, так и кречи понесли громадные потери. И в финале одного из основных боев знаменитые теперь и отныне, прославленные бароны Лев Копперфилд и Цезарь Резкий убили императора зроаков. Агрессор поэтому сильно дезорганизован, растерян. Без своего опытного главнокомандующего ударился в панику и теперь постепенно отступает в Гадуни».

Завершалось короткое сообщение обычными словами о прославлении героев и пожелании гибели всем людоедам. Но сразу становилось понятно: полк наемников «Южная сталь» получил в свои руки уникальный шанс и военные цели решить, и собственное будущее для своих внуков-дворян обеспечить. Если бы царь Ивиан Холмский узнал о смерти своего главного противника, он бы и сам двинул свою армию на ничейные земли.

Теперь он опоздал: древние крепости Грохва и Ледь, как и четыре огромнейшие долины между ними, называемые Борнавскими, достанутся вовремя подсуетившимся и первыми узнавшим военную тайну наемникам.

Глава тридцать вторая НОВЫЕ УМЕНИЯ

Глава тридцать вторая

НОВЫЕ УМЕНИЯ

«Хорошо чувствовать себя маленьким богом!»

Так думал я, устало прикрывая глаза и проваливаясь в блаженный сон. И было почему так собой гордиться: я только что практически удачно срастил края разрезанной кожи на груди у Леонида. Срастил и устал настолько, что сразу был вынужден ползти на свою коечку.

Причем срастил не по собственной инициативе, а после неожиданного предложения капитана, который с факелом бросился мне подсвечивать при перевязке:

— Ваша милость, вы бы барону Льву просто края кожи срастили. Место плохое, само заживать долго будет.

Все на ладье уже знали меня как носителя первого щита, переживали за мой усилившийся рост и гордились знакомством с такой знаменитой личностью. Но чтобы вот так нагло требовать от меня какого-то волшебства — это даже в голову мне прийти не могло.

— Да ты что! Я ведь ничего не умею!

— А что там уметь?! Я сам видел, как один носитель свел женщине края резаной раны на руке, чуть подержал вместе, и те срослись. Только розовый шрам остался, — истово пересказывал хозяин ладьи, видимо когда-то лично лицезревший чудо. — Так почему бы и не попробовать?