Дырки в раме имелись. Как по сторонам, так и по верхней планке. Но выглядели как простейшие технические отверстия, никоим образом не напоминая о своих управленческих функциях. Да и страшновато казалось совать пальцы фиг знает куда. Но делать-то нечего, с нами двумя клеть оставалась открытой и ехать никуда не собиралась. Вот я и сунул пальчики, с фатализмом восклицая:

– Корректировка задания!

Сработало! Двери медленно закрылись, а потом странно замерцали бликами, словно начав оплывать от жара с той стороны, и превратились во вполне читаемые, удобные экраны. А уж обозначений на них, значков, схем и цифирной ерундистики оказалось мерено немерено! И я с восторженным мычанием принялся разбираться в увиденном.

Там имелось чему поразиться! Практически на появившемся экране можно было считывать, оперировать и проводить анализ чуть ли не по всем данным со всего Дна, какие существовали на данный момент. Мало того, самые большие долины просматривались на экране в реальном времени. Вот только для этого следовало отыскать пароли к каждому уровню, а потом ещё и к каждому пространственному ареалу.

Но от осознания доставшихся мне в руки возможностей я какими только яркими выражениями ни проявлял свой восторг. А мои руки так и мелькали, нажимая виртуальные сенсоры на поверхности и вызывая на экран новые потоки данных.

Оторвали меня от этого увлекательного действа осторожные щипки за локоть и нетерпеливые восклицания:

– Борь! Ну что там?! Хорош мычать! Толком объясни, что хоть творишь-то?! Эй! Или ты только на Платона отзываешься?

Несколько отстранённо я начал диалог:

– А?.. А что тут можно творить-то?.. Ты только глянь! А ведь каждый уровень – это и в самом деле чуть ли не наша Евразия по площади! У-у-у! Невероятно! И вот, видишь?.. Оказывается, есть два технических уровня: между сороковым и сорок первым, а также между восьмидесятым и восемьдесят первым… Колоссально!.. Представляешь, что там можно отыскать внутри?.. Вот и я не представляю!..

Наконец моя возлюбленная не выдержала и чуть ли не на руке у меня повисла, пытаясь остановить и переключить моё сознание на свои вопросы:

– Что ты там видишь?! – кричала она, пытаясь развернуть моё лицо к себе. – Что ты бормочешь и что делаешь?

С неохотой оторвавшись от увлекательного поиска, я глянул на подругу, как на привидение, изумился плещущемуся в её глазах раздражению и с недоумением фыркнул:

– А то ты сама не видишь?

– Что?! Что я должна видеть?!

– Ну как же… Вот эти схемы, надписи, пояснения и цифры… А?..

– Ты издеваешься? Или у тебя галлюцинации? – Голос стал озабоченный. – Я ничего не вижу, кроме радужного мельтешения, от которого глазу становится неприятно. Слышишь меня? Ни-че-го!