Хуже всего, что заспанные, но жутко озлобленные «печатные» ринулись в гостиную со всех сторон, изо всех переходов хлынули. Два, если не три потока пришлись на мою тушку. Именно меня свалить и добить никто особо не старался, слишком просто я смотрелся на фоне остальных членов нашего отряда. Зато каждый пробегающий мимо пытался двумя ударами походя меня сразить и мчаться дальше.

Не всем удалось пробежать дальше, но мне пришлось вертеться, как ужу на сковородке. Применить боевой эрги’с в подобной свалке и в голову не приходило. Могли больше свои пострадать, чем подданные преступного маркиза. Потому и приходилось держать силовые щиты на пределе ресурсов да размахивать мечом со скоростью вентилятора.

Итоги этой скоротечной жестокой схватки оказались в нашу пользу и в то же самое время весьма неприятными, да и печальными. Воинская выучка у нас на пару порядков выше, но все равно жертв избежать не удалось. Четыре человека нашего отряда погибли, еще трое получили тяжелые ранения. Да и мою шкурку в двух местах солидно подпортили. Это если не считать множества царапин, ушибов и опухлостей.

Но если себя я подлечил быстро и без особых хлопот, то на остальных тяжелораненых ушли все собранные силы. До крошки! А скорей всего, еще и часть из неприкосновенного жизненного запаса пришлось зачерпнуть. На меня такой откат потом свалился, что я на ногах с полчаса стоять не мог. Подобное случалось со мной еще во время первого лечения ран, да и то я тогда восстанавливался минут за пять.

И это оказались не последние наши неприятности. Пока я валялся в трансе самовосстановления, дворец окружили отряды городского ополчения. Все-таки власть здесь существовала, да и пограничный люд, несмотря на ненависть в отношении маркиза и его отморозков, старался не допускать в городе произвола и анархии. Вдобавок парочка сбежавших сторожей подняла тревогу среди горожан, утверждая, что пожаловали некие разбойники.

Остающийся возле меня Леонид досадовал:

– Ну что за люди?! Нет, чтобы нас цветами приветствовать как освободителей, так они виселицу уже на площади строят!

– Надо скорей отсюда сматываться! – пытался я привстать и выглянуть в окно.

– Лежи и не дергайся, без тебя разберемся! Погибать никто не спешит.

Командир нашего отряда и Филин оказались великолепными переговорщиками. Потратили в общей сложности два часа, зато сумели убедить горожан, что прибыли новые владельцы недвижимости. Показывали кучу бумаг, утверждали, что Энрике арестован, и успокаивали народ обещаниями спокойствия и стабильности при новых владельцах.