Рассматривая остальные виды и формы якобы разумных существ, только и оставалось поражаться фантазии неведомых демиургов или затейницы Природы.

Да только если зафиксировать их в памяти, то уйдёт не менее получаса. О чём я и заявил вслух, обращаясь конкретно к другу:

– Жаль, что наши видеокамеры остались в мире Набатной Любви…

– Не переживай, – утешил меня ящерёнок. – Отныне я тебе могу сбросить детальную картинку любого воплощённого в камне существа, однако войти внутрь и хоть немного осмотреться тоже советую.

– А как же химеры?

– Не строй из себя наивного дикаря, верящего в такие сказки. Сам видишь прекрасно, что здание нежилое уже тысячу лет. Двери заперты, зверушки туда не вхожи, так чего опасаешься?

Остальные тоже загалдели, утверждая, что глянут лишь одним глазом и долго внутри задерживаться не станут. А мне и не жалко, самому глянуть хочется, поэтому решился:

– Добро! Порядок движения прежний: я с Алмазом впереди, Леонид – замыкающим. Далеко не разбредаться! Постоянно держаться в поле видимости друг друга. Маски у Лёни, Вайлиады и капитана. Пошли.

Чтобы открыть наружные двери, пришлось одновременно нажимать сразу на четыре ручки. Как такое проделать человеку с двумя руками, если он один? Вроде получилось, но пришлось задействовать лоб и колено и согнуться буквой «зю».

Оказавшись в фойе, мы всё равно замерли минут на пять: было что рассмотреть в удивительной ажурности внутреннего декора. Причём поражали именно архитектурные изыски, уникальные сочетания мрамора разных цветов, витиеватая лепнина и гигантская люстра по центру свода метров пяти в диаметре.

Предметов мебели, как таковых, почти не было. Так, несколько скамеек вдоль стен, и то сделанных из полудрагоценного камня. Можно сказать, почти музей, разве что без экспонатов, которые куда-то вынесли. На этом фоне несколько озадачивала украшенная стеклянными стразами люстра – её почему никто не тронул. Или всё в городе, точнее в закрытых и неразрушенных зданиях, остаётся нетронутым?

Две широкие лестницы в дальних углах фойе уводили наверх и в стороны. Также имелось шесть широких коридоров, уводящих в боковые стены. Вот туда мы все и стали понемногу разбредаться, намереваясь открывать многочисленные двери и заглядывать в комнаты первого этажа. Выше и ниже я настойчиво порекомендовал не уходить, далее конца коридоров не удаляться:

– В комнаты тоже не заходим! Только заглядываем, осматриваем – и всё!

Народ согласно кивал, но, судя по азарту в глазах, вряд ли кто будет действовать согласно моим инструкциям. Мне достался дальний правый коридор. Алмаз отправился вместе со штурманом в дальний левый коридор. Но не успел я ещё и первую дверь открыть, как меня догнал царевич, вполне понятными жестами давая понять, что хочет перекинуться со мной несколькими словами наедине. Ещё и просил при этом снять маску, с помощью которой я поддерживал постоянную связь с Феей, Леонидом и капитаном нашего дирижабля.