— Вы уж простите за то, что я без предупреждения. Прошла информация, что был пойман Луи Альтери. И я увидел очень интересную фамилию рядом.

— Увидели? Общей внутренней сводки ещё не было. Скажите лучше — узнали в центральном управлении от кого-то! — едко ответил Малкольм.

— Это неважно. Я решил заехать лично и побеседовать, с вашего позволения, с мистером Соколовым.

— Откуда такой интерес к нему?

— Мистер Соколов чудесным образом оказывается с громкими событиями. То умирают свидетели, утверждающие, что он участвовал в драке, а после неё пропал полицейский Ли Купер, который прибыл разгонять эту самую драку. Причём эти свидетели умирают прямо под Новый год! Удивительный цинизм! То мистер Соколов чудесным образом оказывается замешан в стрельбе в отеле «Ироквойс» и после этого убивают гангстера, а знаменитый Луи «Два ствола» Альтери едет сейчас в спецбольницу штата. Очень и очень много совпадений…

Шериф Малкольм озадаченно посмотрел на меня.

— И я рад вас видеть, шериф Фэллон, — кивнул я Джону.

Он буравил меня взглядом, плюхнувшись на предложенное ему Вэнсом кресло.

— Откуда вы знаете Рогову, Алекс? — спросил Фэллон.

— Кристина — моя хорошая знакомая.

— Да? Я имею в виду откуда она и кто? — с иронией задал он вопрос.

— По всей видимости, пострадавшая! — я начал разыгрывать раздражение, — Шериф Малкольм, позвольте мне изложить своё мнение.

— Валяйте! — откинулся в кресле Вэнс, уже с большим интересом наблюдая за спектаклем.

— Меня явно оговорил какой-то грабитель. Который, насколько я знаю, был не просто свидетелем по-моему, ЯКОБЫ, делу, которое, кстати, так и не заведено у шерифа Фэллона. Он был ещё и грабителем. А вот дело об ограблениях, в которых он участвовал, существует. Кстати, об этом мне шериф Фэллон сообщил сам. Про смерть этого «свидетеля» я узнал от детектива Барлоу, помощника шерифа, — я кивнул в сторону Джона, — Насколько мне известно, его убили в распределительной тюрьме штата! И как, по-вашему, я мог это сделать? Если шериф Фэллон будет продолжать давить, то я прошу адвоката. А то я уже не уверен в его непредвзятости…Мы сидим здесь уже почти весь день! Сколько уже можно? — закончил я, и для пущей убедительности хлопнул ладонью по подлокотнику кресла.

Малкольм закурил, пуская кольца дыма в приоткрытую форточку.

— Инте-е-ресно, — протянул он задумчиво.

Мы с шерифом Бронкса яростно сверлили друг друга взглядами. Он — с искренней, а я — с наигранной.

В коридоре послышались шаги. В дверь громко постучали.

— Да кто там опять⁈ — взбесился Вэнс и пробубнил себе под нос, — Похоже, точно надо будет сделать себе стеклянную «новомодную» дверь… А с ней ни брюхо не почесать, не разуться в собственном же кабинете! Кто там?

Дверь распахнулась, пропуская ещё двоих посетителей.

— Старший агент Бюро расследований Глен Диксон. Это мой напарник Билл Хогли.

Брови Вэнса поползли вверх.

— А вы по какому делу, джентльмены?

— Прошла информация, что пойман Луи «Два ствола» Альтери! — с порога начал Диксон.

Малкольм, самый возрастной из всех присутствующих, устало прикрыл глаза и потёр виски:

— В этом управлении всё течёт из всех щелей… Раньше было по-другому… Пора на пенсию… на пенсию… Мог бы сейчас сидеть с удочкой на Гудзоне…

— Шериф Малкольм. К сожалению, Луи Альтери не доехал до спецбольницы штата…

— Что? — вскочил Джон Фэллон со своего места, покрываясь багровыми пятнами.

А я втайне порадовался, что сейчас нет мобильников и социальных сетей, иначе бы шериф Бронкса был в курсе всех новостей.

— Полчаса назад неизвестные люди похитили Альтери. Полицейские, участвовавшие в перевозке раненого преступника — не пострадали! Но, похоже, сообщники Луи успели скрыться. Пока вы здесь мучаете мистера Соколова, полицейские Лонг-Айленда шерстят все улицы. К сожалению, налётчиков и след простыл…

Вэнс посмотрел на меня, затем на Фэллона. Я развёл руками:

— Мои люди и я сам — здесь, шериф, — и при этом посмотрел на Фэллона.

Тот хотел было что-то сказать, но Диксон перебил его:

— А в чём дело? Мистер Соколов в чём-то обвиняется?

Малкольм кивнул на Джона и ответил:

— Шериф Бронкса утверждает, что Алекс Соколов ведёт двойную жизнь. И кому мне верить?

— Но мистер Соколов оказал нам неоценимую помощь в поимке ирландских бомбистов вчера ночью. Те, которые пытались отнять у него бизнес, угрожали его семье и обстреляли в Новый год его клуб «Колизей», — сухо припечатал Диксон.

Вэнс перевёл тяжёлый взгляд на Фэллона:

— Про клуб вы ничего не сказали…

Джон молчал. Он уже взял себя в руки, его лицо превратилось в непроницаемую маску. Глаза неотрывно смотрели на меня.

— Не мне судить о действиях полиции, шериф, — усмехнулся Глен Диксон, обратившись к Фэллону, — Но мне не доставляет удовольствия выполнять работу за вас. И смущает, что население Бронкса не доверяет вам в вопросах своей безопасности. Я обязательно отражу это в своём отчёте. Почему-то именно в Бюро идут за помощью. Повезло, что мы искали как раз этих ирландцев.

Джон молчал, не двигаясь на своём стуле.

Вот она и схватка ведомств. Диксон явился сюда по понятной причине. Ему категорически нельзя, чтобы Альтери или я — раскололись хоть где-то. Сложив два и два, он понял, что Луи похитили или мои люди, или бандиты. Причём агента устраивали оба варианта. Лишь бы «Два ствола» не мог дать никаких показаний. А сейчас Глен окончательно отводит от меня подозрение и топит Фэллона, чтобы тот бросил всё это дело.

— Погодите, то есть этот Луи тоже мог быть с этими ирландцами и просто следил за мной, а потом решил мне отомстить? Через Кристину? — поражённо спросил я, разыгрывая удивлённого и оскорблённого.

— Вполне возможно.

— Какой ужас! Бедная Кристина. Даже думать не хочу, что могло её ждать!

Я сложил пальцы на висках, широко раскрыв глаза.

В кабинете повисло молчание. Похоже, все, кроме Билла Хогли понимали, что происходит совсем не то, что было озвучено. И у каждого только часть пазла. Ну, разумеется, кроме меня.

Малкольм старый и опытный, он уже понял, что творится какая-то чертовщина. Диксон, соответственно, уводил меня и себя из-под удара, узнав, что Альтери «украли». Ему бы завершить это дело, подчистить все «хвосты», и уехать в свой родной Чикаго. Джон Фэллон ни на йоту не поверил ни в мою, ни в его историю, и теперь иногда пристально поглядывал на агента.

Лишь Билл Хогли стоял и ухмылялся, видя, как напарник нагибает шерифа Бронкса. Будучи во-о-обще ни в курсе ничего происходящего на самом деле.

— Так, джентльмены. Похоже, тут всё очевидно, — принял Соломоново решение Малкольм, и хлопнул своими ручищами по столу, — Мистер Соколов, у меня нет больше оснований держать вас здесь. Шериф Фэллон, рад был видеть, если вы закончили, у меня ещё много дел. Агенты, благодарю вас за ваш визит. Он многое прояснил!

Вот так. Я внутренне усмехнулся. Чем быстрее он спровадит нас из участка со своей территории, тем скорее вздохнёт спокойно и забудет про всё это. У него и так своих забот полон рот.

Уже на улице я дождался, пока Фэллон прыгнет в свою машину. Напоследок он бросил на меня пристальный взгляд. Похоже, я окончательно нажил себе врага в его лице. Жаль. Хороший малый. Из тех, кто идет исключительно по букве закона.

Как только Форд шерифа Бронкса скрылся за углом, со мной поравнялся Глен Диксон. Билл дождался его в машине.

— Как я понимаю, Альтери нас больше не потревожит? — тихо спросил он, закуривая и пуская густой дым в серое небо Мидтауна.

На плечи нам ложились мелкие снежинки. Нью-Йорк начинало постепенно заметать.

— Если вам будут предлагать вести дело по его поимке, то не советую браться. Ничего не найдёте, — коротко ответил я.

— Понял, — усмехнулся Диксон, — Тогда удачи вам, мистер Соколов. Чувствую, наши дела в этом городе закончены.

И он пошёл в сторону своего Фордика.

— Как знать… как знать… — сам себе произнёс я, глядя, как мой «Паккард» подъезжает к тротуару. Внутри за рулём сидел Матвей. А рядом Синицын и Мишка.

Друг высунулся наружу, опустив стекло, и весело спросил:

— Ну что? Домой?

Мне бы его оптимизм!

* * *

Кристина сидела в нашем штабе-офисе. Теперь скрывать её знакомство со мной было бессмысленно. Девушку закутали в большой плед, и она изредка потягивала чай из пиалы. Олеся с удвоенной силой захлопотала вокруг неё, как только услышала от гостьи родную речь.

Это натолкнуло меня на мысль о том, что в детских садах и в будущих учебных заведениях, которые я открою для соотечественников, обязательно нужно будет обзавестись штатом грамотных русоведов. Понятно, что дети будут говорить дома с родителями на родном языке. Но это нужно делать чаще и «лучше». Глубже понимая его структуру. Ведь известно, что наш менталитет напрямую зависит от того — на каком языке мы думаем.

Я вспомнил случай, когда мой одноклассник уехал в Германию в возрасте девяти лет, затем приехал погостить у родственников, а мы тогда уже учились в университете. Так вот он не понимал уже часть шуток и оборотов. Потому что думал про себя на немецком.

— Как ты? — спросил я у шпионки.

— Голова побаливает. Даже лекарство не помогает полностью, — смешно сморщила она носик, — У тебя замечательные кадры. Я слышала, как они отзываются о тебе… Приятно оказаться в своей… «среде». Да ещё и воспитанной.

Ну да. Как только Рогова появилась на пороге офиса, сначала у всех представителей мужского пола отвисли челюсти, а потом вокруг неё закружился калейдоскоп из улыбок, услужливости, и молодцеватого шарканья сапогами.