- Теперь мне абсолютно понятна причина внезапного нарушения нашего снабжения в Крыму. Мы явно недооценили мастерство и упорство русского адмирала, в попытке нанести нам ущерб любым способом и любом месте. А наши штабные крысы в один голос уверяли меня, что Нахимов по-прежнему находится на излечение и дела его далеко не блестящи. Глупцы! – гневно воскликнул Шарнье.

  По мере приближения флагмана к берегам Босфора, было отчетливо видно, что крепость подверглась жестокому обстрелу кораблями противника. Следы этой ужасной баталии не могли скрыть наспех проведенные строительные работы. Турки явно пытались восстановить крепость, однако как адмирал не всматривался в закопченные от пожара стены, гарнизон «Европы» он так и не увидел.

- Черт бы подрал, этих проклятых азиатов, посмевших оставить без должного прикрытия пролив! Император Наполеон немедленно бы повесил командира крепости, посмевшего свершить  такую халатность во Франции – зло буркнул Шарнье, разглядывая береговые очертания.

- Скорее всего, русские корабли продолжают курсировать вдоль побережья, и гнем своих пушек, не позволяют туркам вернуть себе контроль над проливными укреплениями – высказал предположение флаг-офицер Бюли и тут же, словно подтверждая правоту его слов, дозорный доложил о появлении со стороны пролива русских кораблей.

- Вы правы Огюст! – молвил Шарнье, пытливо разглядывая серые паруса кораблей противника на темном фоне горизонта – это фрегаты господина Нахимова! Их всего двое. Значит, остальные пущены на дно турками или нашими кораблями!

- Каковы будут ваши распоряжения господин контр-адмирал? – спросил Шарье Руссель,  начальник его штаба.        

  Шарнье на секунду замер, внимательно оценивая сложившуюся ситуацию, а затем коротко отдал распоряжение.

- Приказываю кораблям эскадры немедленно атаковать противника, пока небо благоволит нам. И клянусь богом, адмирал Нахимов очень пожалеет об этой встрече!

  Адмирал был абсолютно прав. Небо действительно благоволило союзникам. Непогода, непрерывно преследовавшая эскадру от самого Севастополя, заметно усмирила свой бурный нрав, но никто из моряков не рискнул бы предсказать, как долго продлиться этот светлый промежуток.

  Выстроившись в привычную для себя двойную линию, корабли коалиции уверенно пошли на сближение с русскими фрегатами, предвкушая быструю победу над своим врагом. Численное превосходство было на стороне союзников, однако к удивлению Шарнье, русские моряки не обратились в паническое бегство, а остались на месте смело, принимая брошенный им врагом вызов.