Как только я умолк, Тимофей молча показал мне кулак с выставленным вверх большим пальцем. Я хорошо знал этот русский жест одобрения и показал ему два растопыренных пальца — виктория в знак победы. Инфразвуковая пугалка работала всего три минуты, но и этого вполне хватило, чтобы вся живность помчалась от нашей границы что есть духу. На одном из экранов нам была хорошо видна эта живая волна страха. До немецких солдат и офицеров ещё не дошло, что это могло бы означать и они бодро катили вперёд, пока первые автомобили не пересекли границу. Вот тут-то и началась настоящая контратака. Установки "Шквал" извергли из себя струи золотистой плазмы, которые, полетев вперёд, метрах в трёхстах быстро образовали сплошную стену от самой земли на высоту в полкилометра и золотистое свечение двинулось вперёд широкой, в полкилометра, стеной.

Немецкие автомобили и бронетранспортёры, угодив в эту полосу, сразу же завиляли и в своём подавляющем большинстве стали разворачиваться. Зауряд-прапорщик Бунчук со вздохом сказал:

— Это минимальная интенсивность защитного барьера, пан поручик. Мы же не варвары, чтобы повергать людей в смертельный ужас, когда они падают замертво. Тогда у многих может случиться сердечный припадок, а так они просто наложат в штаны от страха.

Немцам хватило и этого. Некоторые машины не смогли развернуться, другие столкнулись или попросту заглохли и солдаты, охваченные паникой, бросая оружие стали удирать во все лопатки и до нас донеслись их истошные крики, полные животного ужаса. Через несколько минут всё стихло и установки "Шквал" были выключены. Между тем несколько десятков солдат, похоже, потеряли сознание и теперь, придя в себя, почему-то бросились не от границе, а наоборот, вперёд, причём доставая на ходу носовые платки и размахивая ими. Это были первые пленные, захваченные бойцами заградительного полка без единого выстрела и вскоре им была оказана первая помощь, а попросту была предоставлена возможность принять душ и выстирать своё обмундирование. Большинство из них было поляками и хотя им здорово досталось, никто не жалел, что попал в плен. Тем более, что им сразу же были выданы таблетки от головной боли.

Но это была только первая атака. Вскоре к брошенным в панике автомобилям подъехали мотоциклы с колясками, и из них выбрались и направились к ним водители. Немцы, испуганно глядя в нашу сторону, стали собирать оружие. Им никто не мешал. На обзорных экранах мы видели, как немецкие войска рассредоточиваются и перегруппировываются. Генерал Людендорф явно жаждал реванша, но при этом хотел обойтись своими собственными силами. Из мест сосредоточения войск стали подтягиваться к границе танки и дальнобойные самоходные орудия, но судя по всему первое, что намеревался произвести генерал, это разведку боем и мы видели, как формировались ударные группы, состоящие из мотоциклистов.