Такого наплыва журналистов аэропорт Орли не помнил даже при визитах более высокого уровня. Телекомпании напрямую транслировали на добрый десяток стран все перипетии торжественного церемониала. Когда в открытой двери самолета показалась мощная фигура Сазонтьева, комментаторы восторженно взвыли. Много было пересудов о том, не явится ли военный министр России в Париж пьяным, основное пристрастие Главковерха было известно. Но Сазонтьев оказался трезв как стеклышко, подтянут и собран. На его погонах сияли большие маршальские звезды. Это звание ему присвоили специально перед визитом, дабы поднять вес министра в глазах французских военных и политиков.

Сам мундир новоиспеченного маршала представлял собой шедевр портновского искусства. Темно-синего цвета, с золотыми погонами, аксельбантами на правом плече, внушительной орденской планкой, серебряным крестиком Георгия Победоносца на шее, золотой звездой Героя России на груди. При всех этих регалиях Сазонтьев был внушителен и величав. Фуражка с золотым кантом и нещадно задранной вверх тульей еще больше увеличивала рост гиганта. По сравнению с ним министр обороны Франции Жак Шенье при росте метр восемьдесят пять смотрелся просто подростком.

Отточенным жестом отдав честь, Сазонтьев вместе с министром прошелся вдоль застывшего строя почетного караула. Затем они прослушали гимны, придирчиво рассмотрели торжественный марш одетого в старинные костюмы и кивера караула. Прежде чем покинуть аэропорт, Главковерх подошел к толпе колышущихся, как во время прибоя, журналистов.

— Скажите, генерал, почему вы приехали одни, где ваша жена? — крикнул один из них.

— Во-первых, не генерал, а маршал, — повысил голос Сазонтьев. — А жена моя осталась дома.

— Почему вы лишили ее Парижа?

— У нее сейчас ответственная пора, на днях она должна рожать.

— Кого ждете?

— Дочь.

— Как назовете?

— Викторией. Самое лучшее имя для дочери военного.

Кто-то из шустрых репортеров быстро подсчитал, что Виктория была зачата как раз во время прошлогоднего балканского кризиса.

— Вы зачали ее на борту "Петра Великого"?

— Может быть. Морская качка иногда способствует сексу.

— Вы приехали окончательно запугать Францию и весь Запад? Поставить их на колени?

Голубые глаза Главковерха холодным ледком скользнули по худосочной фигуре длинноволосого, мокрогубого репортера.

— Таких как вы не надо пугать, вас запугали еще в чреве матери. Я приехал, чтобы выработать механизм, предохраняющий от повторения подобных конфликтов.

Жак Шенье также ответил на пару вопросов, и министры проследовали к машинам. Там их уже ждала бушующая толпа. Над головами виднелись плакаты с самыми разными надписями, от "Палач Европы" до "Я хочу от тебя ребенка".