— С-суки! — пробормотал Иван и рванулся в прихожую. Оттуда он вернулся с охотничьим ружьем в руках. Увидев это, жена кинулась навстречу, перехватила оружие обеими руками. Упав на колени, она заголосила:

— Не надо, не надо, Ванечка! Они же убьют нас! Убьют!

— Все равно подыхать! Жрать нечего, воды нет! Нас так и передавят здесь по одиночке!

— Ваня! — уже безо всяких уговоров заорала Анна, и, повиснув всем телом, вырвала ружье из рук мужа. Плюнув со злости, Иван снова подошел к окну. Драма уже подходила к концу. Растерзанное тело декана бросили на крышу машины, и вскоре она запылала погребальным костром. Около фонтана толпа продолжала кружиться вокруг насилуемых женщин. Анна подошла к окну, глянув вниз, нервно передернула плечами и плотнее укуталась в шаль.

— Хорошо, мы Ленку в Саратов к сестре услали, как чувствовали, — сказала она фразу, в сотый раз прозвучавшую за эти три дня.

— Да, это точно. Не рванулась бы только она сейчас сюда, а то еще подумает, что спасать нас надо…

Их разговор прервала требовательная трель звонка. Супруги вздрогнули, переглянулись. Иван бесшумно проскочил в прихожую, успев шепнуть жене только одно слово: — Ружье!

А в дверь уже во всю дубасили руками и ногами.

— Открывай! — донеслось до Пименовых. — Эй, Иван, отдавай Ленку!

— Кажется, это Ерик из сорок шестой квартиры, — шепнул Иван жене. — Он давно на нашу дочь глаз положил.

— Сволочь! — всхлипнула Анна.

Железная дверь звенела под напором тел, с потолка сыпалась штукатурка.

— Хрен вы нас так возьмете, — пробормотал Иван, взводя курки.

Патроны он зарядил еще трое суток назад, когда в Алма-Ате началась вся эта заваруха. А началась она как-то сразу, неожиданно, одновременно во всех районах города. Толпы молодых парней с автоматами в руках появились с утра, они штурмом взяли ГОВД, мэрию и основные объекты города: вокзалы, аэропорт, почтамт. Почти все нападавшие были выходцами с юга Казахстана, молодыми малограмотными парнями, трудившимися на заводах бывшей столицы на самых неквалифицированных работах. У них оказался и свой вождь, некто Усто Баллауддин, бородатый мулла, заявивший, что Южный Казахстан отделяется от Северного и входит в конфедерацию народов мусульман Средней Азии.

На помощь восставшим рвались силы талибов, с трудом сдерживаемые в Киргизии бросаемыми в топку войны силами быстрого реагирования России. А в Алма-Ате сразу же начались погромы. Грабили и убивали не только русских, но и видных казахских ученых и общественных деятелей, не попавших в благонадежные по мусульманским понятиям.

Эти трое суток семья Пименовых провела дома, запершись на все замки и потихоньку подъедая небольшой запас продуктов. Самой большой проблемой была вода. Водопровод перестал работать в первый же день погромов, многие не успели запастись ею. Горожане набирали воду из фонтана, он еще пульсировал влагой, но появляться на площади русским было небезопасно. На глазах у Пименовых троих русских мужиков, появившихся около фонтана с ведрами в руках, убили эти молодцы с автоматами. Спасла Ивана и Анну от жажды их соседка, Айгуль, принесшая ведро воды.