– Прав ты, государь! – Егор начал издалека. – Нет в том беды большой, что Анна Монс, когда ты бываешь в отъездах долгих, знается с мужчинами другими… Она же – не жена венчанная тебе, в конце-то концов. Действительно, поправимо это. Но вот только одно смущает меня сильно…

– Говори же, сукин кот, не тяни жилы! – злым шёпотом, чтобы не разбудить сына, приказал Пётр.

– Вот эти тёплые отношения её – с саксонским посланником Кенигсеком… Одно дело – утехи плотские скоротечные, а тут серьёзно всё. Так и до государственной измены недалеко, шаг всего один…

– Да, это дело меняет! – подумав с минуту, невесело изрёк царь. – Мне не нужна жена, замешанная в дела политические, скользкие… Мне нужна просто жена, верная, любящая. Женщина, одним словом. Ладно, с Анной я потом разберусь! – неожиданно посуровел взглядом, спросил – уже требовательно и жёстко: – А что по поиску той наяды, что привиделась нам с тобой, Алексашка, над озере Ладожском?

Совсем не хотел Егор говорить на эту тему, берёг своё знание о Марте Скавронской – как туза заветного, козырного, но почувствовал – на уровне подсознания, что надо сейчас шепнуть Петру хоть что-нибудь позитивное, пока тот не наделал всяких глупостей.

– Есть, мин херц, некоторые успехи! – улыбнулся скупо, но при этом – чуть загадочно.

– Ну? Подробнее давай! Быстро! А то в морду получишь! – Царь окончательно перешёл на шёпот, почувствовав, что спящий Алексей беспокойно заворочался.

Егор тоже заговорил – едва слышно:

– Александра, жена моя, рисует здорово парсуны и картины разные. Виды природные, цветы, лошадей и птиц, лица человеческие. Так вот, Санька – с моих слов, нарисовала портрет той странной особы. Лицо только – без прочих разных прелестей, обнажённых тогда… Показывал я тот портрет самым разным людям: своим сотрудникам, купцам русским и иноземным, офицерам, генералам и адмиралам, поступившим к нам на службу из стран европейских. Некоторые из них сказали, что видели девушку похожую…

Санька действительно нарисовала портрет Марты (будущей Екатерины Первой), а вот всё остальное Егор уже присочинил – самым бессовестным образом.

– Кто она? Где живёт? – Пётр нетерпеливо заблестел глазами.

– Вот здесь – не всё понятно до конца! – импровизируя, Егор – словно бы в нешуточной задумчивости – наморщил свой лоб. – Одни говорят, что особа сия – графиня Саксонская, и лет ей сейчас – уже далеко за сорок. – Пётр помрачнел и нахмурился. – Другие утверждают, что это – шведская мещаночка, тоже не молоденькая уже, живёт где-то под городом Стокгольмом…

– Тот ещё вариант! – прокомментировал царь.