Вообще-то твёрдость отдельных видов поликарбона достигала твёрдости алмаза, но в отличие от него он не был хрупким и от него отскакивали пули любого калибра и даже снаряды авиационной пушки не причиняли ему особого вреда. Взять его можно было только бронебойным снарядом противотанковой пушки и ещё кумулятивной ракетой, выпущенной из «Фагота». Как только я выехал на дисках наверх, то заехал в лужу бензин, а Жорка, жадно затянувшись сигаретой, бросил её в горючую жидкость и я целых семнадцать секунд грелся, прежде чем пламя погасло. Вся краска сгорела и зрителям, присутствовавшим на испытаниях и самое главное съёмочной группе предстал сверкающий на солнце золотисто-алый, до этого он был зелёным, как огурец, новый спортивный суперкар-концепт «Метеор-Альфа-П». Буква «П» означала прототип.

Ничуть не меньшую, а даже намного большую прочность имели стёкла, зеркала и фары «Метеора», ведь они были изготовлены из лонсдейлита – совершенно прозрачного материала в полтора раза более прочного, чем алмаз, но это был всего лишь одно из агрегатных состояний поликарбона. Этот конструкционный материал нам, землянам, подарили тэурийцы, и не только он в один миг сделал мои планы ещё более грандиозными. Даром тэурийцев явилось также водородное топливо с небольшим количеством алкана, который сгорал полностью и превращался в углекислый газ. При этом расход топлива в литрах на километр пробега понизился впятеро, а мощность двигателя выросла на четверть с гаком. В общем земляне получили просто удивительный подарок и не дай Бог он попадёт в плохие руки. Произошло же это следующим образом. Вернувшись от Георгия Ивановича, я закрылся в своём кабинете, чтобы спокойно поработать. Тем более, что Ирочка с мамой поехали показывать деду Вене и Оле наш город, а отец ушел на работу пораньше. Пару часов я перепечатывал очередной текст, который скомпилировал на своём призрачном компьютере из различных источников, а затем отодвинул пишущую машинку в сторону и набрал строчку:

– Здравствуйте, друзья. Вы не откажетесь побеседовать со мной? Мне хочется просто пообщаться с вами. Если это, конечно, не оскорбит и не обидит вас. Ответ появился с некоторым запозданием:

– В твоей просьбе нет ничего оскорбительного, Борис… – И после ещё одной паузы я прочитал – Ты хочешь увидеть нас обоих на экране или предпочитаешь переписку?

– Конечно же я хочу увидеть вас! – Буквально вырвался из меня громкий возглас, после чего я напечатал – У меня ведь установлена на компьютере видеокамера, но я думаю, что вы пользуетесь совсем другой формой связи. Не думаю, что это какая-то форма электросвязи. Очень уж велики расстояния, а скорость света, как я полагаю, даже вы не смогли отменить.