– Парни, хотя ваш болид и похож немного на мой «Тиррелл», это совсем другая машина и совсем другие гонки. Вы только посмотрите, что делают эти черти. Они же буквально рвут друг друга и им обоим при этом ничего не делается.

Посмотрев на улыбчивого, темноволосого парня с приятным лицом, старше меня всего на десять лет, которому, если он не пересядет на новый болид, суждено погибнуть в этом году, я весёлым и беззаботным голосом сказал ему:

– Франсуа, они же в этих болидах, как рыцари в непробиваемых латах, скачущие верхом на волшебных конях. Поверь, нужно очень сильно исхитриться, чтобы убиться на этой машине насмерть. А вот о безопасности зрителей следует подумать особо. Хотя если пилот знает, что его машина крепче алмаза, то он найдёт способ, как увести её от них в безопасную зону.

Джеки Стюарт и Ники Лауда сражались друг с другом почти полтора часа и также показали просто феноменальное время, заставив нас с Игорем неприятно поёжиться. Их время было хуже нашего буквально на каких-то семь секунд. Вместе с чиновниками от французского автомотоспорта мы бросились к ним и когда фонари болидов откинулись, то услышали радостный, громкий хохот обоих пилотов. Как только механики их освободили, они полезли обниматься друг с другом. Нам же эти парни сказали, что это был их самый лучший заезд и они гнали думая только о том, как выиграть гонку, а не как сохранить машину в целости и сохранности. После этого Дидье посмотрел на меня такими глазами, что я только и сделал, что развёл руками и он полез в свой болид, а Франсуа, хотя и был ниже меня ростом, в мой, но наши механики и тут оказались на высоте, сняли моё кресло безопасности и установили на его место второе кресло безопасности Дидье. Тем самым они создали Франсуа Сэверу исключительно комфортные условия. Штатные механики пилотов только разводили руками, понимая, что наши машины действительно представляют из себя что-то совершенно невообразимое.

И вот тут произошло нечто вообще фантастическое. Дидье стартовал так резво, что моментально ушел в отрыв и Франсуа Сэверу приходилось предпринимать просто невероятные усилия, чтобы приблизиться к нему хотя бы на расстояние в двадцать метров. Они неоднократно выходили из минуты, им же не приходилось обгонять круговых и Дидье непременно одержал бы верх над уже довольно титулованным французским гонщиком, если бы не вылетел сам на выходе из поворота «Бассет» с трассы и не перевернулся, после чего проехал на фонаре, работая антикрылом, как плугом, метров пятьдесят. Его болид быстро перевернули находившиеся неподалёку зрители, но он потерял почти минуту и в итоге не смог догнать Франсуа, но, слава Богу, ничуть не расстроился. Зато сам Франсуа, выслушав отчёт машины о ходе гонки, а они сделали полных пятьдесят четыре круга, схватился за голову и громко воскликнул, как только открылся фонарь: