Не отказался я во время дегустации и от того, чтобы заценить сенегальский «Завтра туриста» – большую, семисотпятидесятиграммовую банку-плошку с рыбным супом. Вообще-то это были фрикадельки в наваристом рыбном бульоне, надо сказать, очень вкусные, хотя это блюдо изготавливалось из рыбной некондиции, в основном молодых и не очень акул, а также хвостов тунца. Что же, беднякам тоже ведь нужно что-то есть, а приготовлен рыбный суп был просто замечательно. Как мне сказал помощник президента Сенгора, снова улетевшего в США, во внутренних областях Сенегала это блюдо уже пользуется огромной популярностью из-за своей исключительной дешевизны, отменного вкуса и питательности. Ну, именно с такой целью и была разработана технология таких супов в саморазогревающихся банках. Две банки супа в день и человеку не страшна смерть от голода. Уже очень скоро, когда все пищевые предприятия начнут работать на полную мощность, такие супы станут бесплатно раздавать в тех районах Африки, где население голодает в полный рост. Поэтому я отведал этого супа не только с удовольствием, но и с уважением к президенту Сенгору, который выделял из казны средства на борьбу с голодом на чёрном континенте.

Ну, ничего страшного, Сенегал от этого не разорится, ведь банка жареного королевского дорадо стоила во Франции столько, что давала за вычетом налогов хорошую прибыль производителю, целых восемь франков, и позволяла правительству Сенегала накормить троих голодных сытным обедом. Разумеется, это не решало проблему голода в Африке в целом, но в том-то всё и дело, что мы собирались развивать экономику на всём континенте, а не только в нескольких избранных странах. Стоило это не дёшево, а если честно, то компания «Картузов Индустриаль» стояла на грани банкротства. Мы три месяца шли по нулям. Производство суперкаров и супербайков было прибыльным, ещё большую прибыль приносило нам производство новых двигателей, тем более, что правительство Франции, отказавшись от строительства нескольких атомных электростанций, заказало нам двадцать четыре огромных энергоблока, но их ещё нужно было изготовить. Имели мы заказы и на судовые энергоустановки, причём немало и даже получили аванс на их изготовление, но пока что афрономика съедала всю нашу прибыль, а пуск углеводородного завода и поставка водородного топлива в Западную Европу были намечены только на первое сентября. Поэтому я ждал того момента, когда смогу «обналичить» все те финансовые инструменты, которые наша компания уже имела на астрономические суммы.

Первым сигналом к этому была поставка отменных рыбных консервов во Францию и частично в Бельгию и Италию. Они пользовались большим спросом в первую очередь из-за своих прекрасных вкусовых качеств и абсолютной экологической чистоты. Ну, а вскоре в Западную Европу должны были пойти и другие товары – обувь, одежда, бижутерия. Тут нам большую помощь оказало производственное объединение «Силуэт», а точнее наноткани, которые проходили под маркой «Ивановские ситцы», но при этом мадам Красавкина сразу же заявила, что взамен она требует, чтобы сенегальские производители нацеливались только на африканскую тематику. Однако, самое главное событие должно произойти уже завтра и после этого я смогу с чистой совестью возвратиться в Париж. Всё это время я мотался из одной африканской страны в другую и подписывал контракты даже с теми правительствами, которые возглавляли диктаторы. Зато это давало мне возможность сказать им с глазу на глаз, чем закончатся для них самих репрессии. Судьба Бокассы и Иди Амина оказалась, ох, какой незавидной, а потому им было о чём подумать.