После Санука Беринг пошел к острову севернее, который мы все признали перспективным. На нем обитали племена «хайдлагха» то есть, «люди» и остров называли «хайдлагха гвауаи» — остров людей. На картах остров сразу сократили до «Хайдаг», а племя до хайда.

Вот с ними у Витуса образовались некоторые проблемы. Встретили его примерно как нас в Алексии, наиболее близкой фразой — «чего надо?!». Терпения у Беринга оказалось чуть меньше, чем у нас, и он устроил натуральный мордобой. Не стрельбу, а именно выяснение отношений. Как умудрились абордажники накостылять индейцам с копьями, мне сказать сложно — ходил пить и с ними, но они такие байки травят, что «махнул налево — улочка, отмахнулся направо — переулочек», детским лепетом покажется.

Как у меня сложилась та картина — группа контакта высадилась у небольшой деревеньки хайда, и, как обычно, с подарками и благостными лицами попытались вещать, размахивая тотемами. Деревенька была явно из свежеотделившихся, население молодое, горячее. Один покричал и ткнул в морпеха копьем, но не чтоб наколоть, а, скорее, пугнуть. Морпехи у меня, в большинстве, дядьки под тридцать, пугались тяжело — а вот кулаки в дело пускали быстро.

Так и понеслось. Индейцу односельчане на помощь, морпехи своему на выручку, индейцы за копья, морпехи шалаш за секунды на дрыны разобрали… Индейцам повезло, что бегать по лесу с длинными слегами тяжело, а то бы легкими побоями они не отделались бы.

С нашей стороны имелось много порванной одежды, пара ранений средней тяжести, куча легких царапин и один слегка зашибленный «дружеским огнем». Вот такая арифметика.

С теми, кто не успел убежать, провели воспитательную беседу, как смогли. Внимали индейцы старательно, только изредка косясь на ходящих вокруг, и потирающих кулаки, морпехов. Потом индейцев отпустили, и группа контакта отошла из деревни на побережье, на открытое место, встав там лагерем. В деревне оставили тотемный кол, наскоро сваянный проводником.

Вечером состоялись первые мирные контакты, когда вопрос «чего надо?» уже задавали в спокойном ключе. Дальнейшие знакомства с аборигенами показали, что местные достигли даже больших высот в «цивилизации» чем Асада. Мореходами хайда оказались знатными, охотились на китов и совершали длительные переходы. Тотемами у них заставлялись все деревни, имелась знать и военное сословие. Жили охотой, собирательством, набегами и торговлей.

Беринг потратил на остров почти полтора месяца, знакомясь с племенами в разных концах острова и отправляя короткие экспедиции рудознатцев. В отчете он этого не писал, но на словах объяснил, что хотел переговорить с большинством крупных вождей, и донести до всех хайда, чем будут чреваты дальнейшие набеги на соседей, вставших под нашу защиту. Несколько раз пришлось демонстрировать, как дробовик лохматит деревья. Одновременно с этим Витус внушал мысль, что нам нужны будут мореходы, в команды наших парусных и гребных судов, которые уже строились в Асаде. Взамен службы мы поставим товары, которые индейцы брали набегами, и все наладится. Это, безусловно, идеальный вариант, который недостижим — но есть, куда стремится.