Более того. Вечерок мы посидели с мастером за чаркой… чая, поплакался Савельичу в жилетку, что может понадобиться океанский корабль. Если и не будущим летом, то на следующее — точно. Отговорился необходимостью возить железо из Цусимы. Не говорить же ему о резервном плане рывка на родину по южному маршруту.

Есть ли у меня чертежи нового корабля? Он издевается?! Они и у него есть. Апостол называется. Разве что с небольшими дополнениями в виде двигателей и оружейных башен, снятых со сторожевого форта. Дальнейшее буду считать просто нетрезвым от чая дебошем. Хорошо расслабились. А про «тупого графа» ничего не слышал. Будет ему железо для киля.

Утром сидели над картой акватории и ходили вдоль берега, прикладывая к голове снег, выбирая место под большой эллинг. Ведь можно сделать маленький кэч и на стометровой верфи. Главное начать. Иначе несправедливо получится — остальные верфи будут напрягать все свои невеликие силенки, дабы построить непрофильный корабль. А наш лидер судостроения исполнит заказ одним пальцем. Теперь, с дополнительными заданиями, шансы выровнялись.

Из эллингов меня буквально за шиворот вытащил через седмицу Алексей. До него, видите ли, дошли слухи, что граф решил себя убить, что по нонешним временам считалось тяжким грехом.

Минут пять вникал в суть претензии. Только когда речь о моем борде зашла, догадался, откуда ноги растут. С ехидством поинтересовался, не собирается ли некий царевич на аналогичном куске фанеры по воздуху летать? А уж на чем мы через шторма по океану ходим, вообще молчу. Вся наша жизнь — сплошная авантюра. Где его хваленый фатализм? Обещаю помолиться перед спуском. Нет, батюшку лучше на финише, вдруг действительно понадобится — склон-то присмотрел себе довольно крутой.

Всколыхнувший рутину работы царевич, направил мысли в новое русло. Каску, предположим, возьму в сторожевом форте, а вот с ботинками придется извращаться, вставляя «ребра жесткости».

Несмотря на всю подготовку к покатушкам, результат нескольких спусков можно характеризовать как муторное восхождение и нецензурный спуск. Надеюсь, многочисленные наблюдатели не назовут эту гору «Уй Ё».

Алексей остался верен себе, считая, что сможет сделать все, что сможет граф. Наивный. Посему он красовался здоровенным фингалом на левом глазу, в то время как у меня всего-то очередной больной зуб выбило. Так что, графская морда выглядела гораздо презентабельнее императорской, пока не улыбалась. Обоюдно решили — надо тренироваться.

Что мои тени, что Алексея, отнеслись к этой мысли с пониманием, попытавшись втихаря спереть борд. Можно подумать, по лицам непонятны были их планы. Правда, каску все же утащили. Но она все одно стала со вмятиной, одевать неудобно. Алексей потом другую принесет. Лучше бы эти бугаи склон от валунов расчистили, которых под снегом не видно.