По окончанию охоты канонерка взяла курс на Алеутские острова. У бассейна постоянно кто-либо стоял, разглядывая наше новое приобретение. Коровы мычали, самым натуральным образом, и бились о затянутые парусиной перегородки бассейна. В результате, наблюдатели уходили переодеваться мокрые с ног до головы и рассказывали басни за ужином о «Вот такенной пасти» и «Грустных глазах». Кличка «морская корова» за животиной закрепилась. Теперь бы довезти их до нового дома, не покалечив.

Два спокойных дня погода нам дала, сжалившись над грузом. Четыреста пятьдесят километров до первого нашего поселения на островах мы скользнули как по гидроматрасу, слегка покачиваясь и шлепая бортами по волнам. Грех жаловаться.

Поселок на большом острове, называемом местными Атту, был одним из самых «молодых». Население его составляли два десятка алеутов и семейная пара из наших колонистов. Договориться о запрете охоты на морских коров труда не составило.

Выгрузка переселенцев вызвала не меньший интерес, чем погрузка. Моряки тыкали пальцами в спущенные на воду «мясные сардельки» и кричали нечто похожее на: «Во! Глянь! Морскую траву жует, а у меня с рук есть не хотела. Скотина…».

По первости, после выгрузки, коровы отходили от шока, но два дня голодовки направили их в правильное русло, и они принялись заедать страхи водорослями, вызвав бурю восторга не только у экипажа, но и у населения острова, наблюдавшего процедуру с берега. В следующем году посмотрим, на результат адаптации, и начнем массовое переселение. Вокруг острова Беринга этих коров не одна сотня плавает, да и около Медного острова их может быть ничуть не меньше. На шесть стад для Алеутской гряды хватит с избытком, если повременить пока с мясными деликатесами.

Взглянув еще раз на отплывающих постепенно подальше от корабля коров, спустился в каюту. Раз обзаводимся морскими стадами, должны быть и морские пастухи — а это целое подразделение, которому требуется оснащение и круг задач — гонять касаток и прочих браконьеров, например. Предстояло рисовать схемы взаимодействия и писать инструкции. Проект гоночных кечей явно надо доработать, добавив к автоматической картечнице на носу, требуемой для патрулирования, еще и гарпунную пушку.

Отвлекся от писанины, улыбнувшись пришедшей идее. Название — порой значит не меньше, чем дело. Вон, американцы назвали своих пастухов ковбоями, то есть, «парнями при коровах», а какой культ из этого вырос! Как мне морских пастухов назвать? Морпасами? Сибоями? Воображение буксовало. Самое время организовывать еще один конкурс.