...Утром прибыли Великий Кнез Волод и Глава Русского Собора Ставр.

 Процедуру суда и казни решили провести после обеда. При большом скоплении народа, оповещённого глашатаями и бросившего все дела, Ставр звучным голосом зачитал Указ Великого Кнеза. В нём излагались все прегрешения Славодума и в конце объявлена участь предателя -- "казнить смертию через повешение". Предателям головы не рубили, невзирая на чины и звания.

 "Собаке -- собачья смерть". Сам Волод грозно изрёк, что не будет пощады никакому изменнику, и тяжёлое тело забилось на перекладине под одобрительные людские крики.

 Вечером Великий Кнез и Глава Собора отбыли в столицу. Перед отлётом Ставр нашёл время потолковать с боярской думой в их узком кругу. Глава Собора недвусмысленно разъяснил, что показывать норов перед новым кнезом никому не советует. Нужно принять как должное, что его устами говорят они с Великим Кнезом. Особо предостерёг от предательства или попыток мешать оборонным приготовлениям.

 Вечером этого богатого событиями дня, когда Акела с Барсом шли через двор к терему, на плечо воеводы рухнул ком взъерошенных перьев.

 --Каркуш!

 --Джур-ра в Зор-растане! -- хрипло каркнул ворон, тяжело дыша. Барс поднёс его к бочке с дождевой водой. Каркуш вволю напился, склевал подвернувшегося кстати лягу­шонка и снова каркнул: "Джур-ра в Зор-растане!"

 Акела бережно взял птицу в ладони.

 --Ах, ты, птичка наша бесценная. Проводишь нас?

 Видимо, это совпадало с теми наставлениями, которые Финогеныч дал вестнику, потому что ворон в ответ хрипло каркнул и боком, по-птичьи, глянул на Витязя.

 Через час в небо взвился ковёр, держа путь к Зорастанской границе. На нём сидели трое, -- Барс, Акела и Викинг. На плече у Акелы, нахохлившись, сидел пернатый провод­ник.

 --Интересно, -- вкрадчиво спросил привыкший уже к подначкам друзей Серж, -- почему эта мудрая птица не захотела сидеть на моём плече, а выбрала самого старшего из нас?

 --Просто мудрая птица выбрала самое старое и крепкое дерево, -- серьёзно ответил Акела, -- хрен ли ей в таком саженце, как ты?

 --Да нет, -- высказал свою версию Барс, -- просто у них профили одинаковые. У Борисыча тоже клюв не хилый.

 Серж прыснул, как мальчишка.

 --Правильно, -- нимало не смутившись, поддержал друга Акела, -- сами, чай, знаете, старый ворон не каркнет даром. Вот и слушайтесь дядьку, пацаны.

 "Пацаны", переглянувшись, тихо рассмеялись. Однако, пора было переходить на режим молчания. Хотя темнота была, -- хоть глаз выколи, но по времени Зорастанская граница уже должна быть где-то рядом. Следовало попридержать язык, с высоты звуки, особенно в ночи, разносятся далеко. Не стоило обнаруживать себя раньше времени.