Первые удары колокола по могуществу белой расы раздаются сегодня. Возникла страшная для Запада проблема так называемых «суверенных фондов» – громадных запасов твердой валюты, скопившихся в резервных фондах арабских стран, Китая, стран Тихого океана, Индии и Латинской Америки. К 2007 году, по ряду оценок, у незападных стран в таких суверенных фондах скопилось более 3 трлн долларов. Оно и неудивительно: Запад закупает миллионы тонн самых разнообразных товаров у китайцев, малайзийцев, индонезийцев. Сотни млн тонн нефти – у арабов. Вот почему в их руках оказалось столько денег. Все эти обладатели громадных финансовых ресурсов пытаются купить важнейшие для безопасности США и Европы объекты. Порты. Трубопроводы. Недвижимость. Пакеты акций высокотехнологичных предприятий. Западники бьют по этому поводу серьезную тревогу.

Ну, а как деньгам не утекать из Соединенных Штатов и Европы, коли у них индустрия исчезает, коли они все вынуждены теперь покупать у азиатов? Возьмем пример некогда индустриальной Германии, еще вчера – страны Машин и Механиков. В 1978 году еще совсем юным автор этой книги листал «Неккерман» – красочный каталог товаров, производимых в Западной Германии (ФРГ). Тогда немцы делали все: джинсы и рубашки, бытовую технику и электронику, мебель и обувь, автомобили, игрушки, спортивные снаряды и душевые кабины. Все-все! Тысячи наименований продукции. Но сегодня этот «Неккерман» смотрелся бы как мартиролог: ведь с тех пор большинство всех этих вещей в Германии больше не производится. Ушли заводы и фабрики – в Китай, Турцию, Таиланд.

В 1978 году немецкая промышленность давала работу миллионам рабочих и инженеров белой расы. Она обеспечивала им хорошие заработки. Тысячи предприятий и миллионы людей платили налоги, пополняя казну Германии и ее социальные фонды. Было на что содержать пожилых, платить пособия молодым. Германия большинство товаров производила сама, и потому рост, например, пенсий благотворно сказывался на экономике: ведь старики покупали в основном немецкие же товары и услуги, а не какие-нибудь тайваньские. Так что, когда у белых работала индустрия, даже пенсионеры работали на экономический рост и увеличивали богатство своих стран.

Впрочем, такие же «неккерманы» могли бы выпустить и французы, и американцы. Подумать только! Еще в 1980-е французы выпускали свои персональные компьютеры, а испанцы – аудиосистемы. Еще в 1991 году можно было купить музыкальные стереосистемы, телевизоры и компьютеры «белой» сборки. Сегодня в это верится с трудом. А если взять Америку 1960-х? Она выпускала абсолютно все. Но … в 1970-е США полностью теряют производство бытовой электроники, а двадцать лет спустя мы даже затрудняемся ответить на вопрос: «А что, собственно, производит американская промышленность?»