Пятьдесят лет назад Россия запустила свой Спутник – вроде бы обычный радиопередатчик, но в его сигнале те, кто умел слушать, услышали: «Всем привет! Это Россия. Мы хотим, чтобы все знали: наши немецкие ученые лучше, чем американские немецкие ученые». (Оставим это утверждение на совести западника – на самом деле выходом в космос мы обязаны русско-советским гениям: Королеву, Янгелю, Челомею, Глушко, Тихомирову и другим. – Прим. ред.). Те, кто слушал по-английски, услышали еще более простую фразу: «А щас кое-кто, хе-хе, неслабо огребет!» Америка оскорбилась (и было с чего!), быстренько создала НАСА и нашла для нее много миллиардов долларов, потраченных на программу, со всей неопровержимостью доказавшую, что русские … и вправду лучше. Они первыми вышли на орбиту, первыми отправили туда собаку, первыми – человека, первыми добрались до Луны (они-они, а как вы думали?) и до Венеры. (Автор имеет в виду то, что СССР первым в мире произвел успешные посадки автоматических научных станций на Луну в 1966 и на Венеру в 1975 г. – Прим. ред.)

После этого космическая гонка превратилась в «войну раздутых эго». И это было потрясающе хорошо, потому что в этой войне, в отличие от других, обе стороны отделались жертвами в размере 22 астронавтов и 70 человек наземного персонала, а все остальное человечество получило огромную пользу. Американские немецкие изобретатели силились делать оружие лучше, чем русские немецкие изобретатели, а у нас появились клюшки для гольфа, способные запоминать изгиб; у тех из нас, кто страдает пороком сердца, появились маленькие клапаны, сделанные на основе топливных насосов космического челнока; мы научились следить за ураганами; мы получили спутниковую навигацию, прямые трансляции футбольных матчей откуда-нибудь с другого конца света, солнечные очки, которым не страшны царапины, солнечные батареи и плоские телевизоры. Кстати, и давление врач измеряет вам с помощью аппарата, разработанного НАСА для измерения пульса своего первого астронавта Алана Шепарда.