– Та – во двор, а та – на галерею, уважаемый господин.

– Ясно…

– По-моему, откуда-то тянет паленым!

– И вправду, дым!

– Горим, господа хорошие, горим!

Лешка резко рванулся обратно в комнату – загоревшийся от упавших свечек ковер наполнял ее едким удушливым дымом. Юноша закашлялся и, упав на коленки, пополз к так и не пришедшей в себя Зорбе. Неужели, убита? Нет, рука вроде теплая… Оглянулся:

– Иоанн, помоги… Хватай за ноги… Уносим…

– А это кто, неужто…

– Он. Никифор Макрит. К сожалению, никаких сведений он нам дать не сможет.

– Да и черт с ним! Что с девушкой?

– Сейчас глянем…

Сквозь распахнутое окно коридора сверкали звезды. Кажется, завтра будет хороший день…

С Зорбой ничего страшного не случилось, если не считать разбитого в кровь носа и пары сломанных ребер, что, в данной ситуации можно было считать совершеннейшими пустяками. Никифор Макрит был убит неизвестным – арбалетный болт пронзил ему сердце, а арестованный таки стараниями Филимона Гратоса содержатель притона Скидар Камилос с готовностью дал показания. Правда, как выяснилось, не очень-то много он и знал…

Да, еще одно, случившееся в ту ночь, вернее, уже под утро…

Простившись с друзьями – Никоном, Панкратием, Иоанном – Лешка сильными ударами в дверь разбудил привратника «Трех ступенек» и наконец-то очутился дома. Слуга тут же захрапел, прикорнув у плиты, в которой теплились еще угли, и юноше пришлось самому брать и зажигать свечу, дабы подняться по лестнице на второй этаж, в сдаваемые апартаменты. Проделать такое без света вряд ли бы было возможно, без риска переломать ноги, а – если очень не повезет – то и шею, вот и Лешка решил не рисковать без надобности.

Поднялся… И вдруг увидел приоткрытую дверь в свою комнату. И полоску тусклого света… А ведь закрывал… Кажется…

Бесшумно вытащив из ножен трофейный палаш, юноша осторожно приоткрыл дверь, в любую секунду готовый пустить в ход оружие…

– Ну наконец-то явился! – обернувшись, тряхнул рыжей шевелюрой по-хозяйски расположившийся на чужом ложе парень. – А я уж думал, до второго пришествия тебя ждать придется!

Лешка бросил на пол палаш:

– Владос! Господи…