Глава 22 Декабрь 1441 г. Морея Ба, знакомые все лица!

Глава 22

Декабрь 1441 г. Морея

Ба, знакомые все лица!

Обретаю свет искомый.

В самом средоточье сердца

Вижу светоч…

…Владос!

Лешка распахнул объятия:

– Ну, рассказывай, как ты тут жил, бродяга?!

– Это еще как сказать, кто из нас бродяга?! – обнимая приятеля, засмеялся грек.

Они проговорили всю ночь, смеялись, вспоминали прошлое, не обошли стороной и все, выпавшие на долю Владоса злоключения, ну, а как дело дошло до Лешки, он рассказал чистую правду – как вынужден был бежать, как попал к разбойным татарам, как вместе с ними ходил на Русь – да там и вынужден был задержаться на некоторое время.

– Да уж, поносило тебя, – выслушав, засмеялся Владос. – Бродяга и есть. Ну, уж теперь-то, надеюсь, тебе никуда не надо?

– Надеюсь, – с хохотом отозвался Лешка.

* * *

Зря надеялись… Не прошло и трех дней, как они оба стояли на палубе корабля, посреди бушующего, с белыми бурунами, моря. А впереди, за бушпритом, синели предгорья Мореи.

Морея…

Именно туда, как признался Скидар Камилос, бежал лавочник Ласкар, именно туда уходили все сведения, приготовленные для турок, именно там, в крепости Мистра, находился сейчас важный турецкий шпион Константин Харгол, которого, похоже, никто из лазутчиков никогда и не видел – только слышал и исполнял приказания…

В Морею, с благословления следователя Филимона Гротаса, и отправились Лешка с Владосом. Отправились вдвоем, тайно – дать своих людей Филимон не мог, потребовалось бы объяснять все начальству, в честности которого следователь, честно говоря, сомневался.

– Действуйте осторожно, – напутствовал Филимон. – Просто установите – кто такой этот Константин Харгол. Говорят, он не так и давно выехал в Мистру из Константинополя. Видать, почуял, что запахло жареным… Там есть одна крепость – Маина. Воевода Аристарх Гелос – старый мой приятель. Будет возможность – передадите ему поклон и одну вещицу… – Следователь отцепил от пояса кинжал в затейливо украшенных ножнах и протянул собеседнику. – Удачи, парни! И да поможет вам Бог.