С этими словами она завалилась на мягкие шкуры, на которых я лежал, как раз мне под правую руку.
— На дурочек
Единственное, что меня всегда раздражает, так это люди, высказывающие свое, так называемое, точное мнение, и которые ничуть не разбираются в вопросе, который собираются комментировать.
— Так и ты начинаешь говорить про то, что знаешь лишь из рассказов полуграмотных колдунов и акынов, не понимая сути того, что сама сказала. Ну ладно. Я тебя простил.
Сам же я во время этой пылкой речи ненавязчиво поглаживал внутреннюю часть её руки в промежутке между локтем и запястьем. Нежно-нежно, едва касаясь. Это, для тех, кто понимает, приводит к совершенно конкретному результату. Сайнара уже прикрыла глаза и уже совсем меня не слушала, погружаясь в глубины ощущений, видимо, доселе ей неведомых.
— Что ты делаешь? — севшим голосом спросила она.
— Ничего, — прошептал я ей в ухо и начал покусывать мочку. Дернул ногой, заднее полотнище нашей кибитки зашуршало и закрыло вход.
— Мерзавец, — застонала она, — ты честную девушку…
Однако, несмотря на все мои старания и тяжелоё дыхание, доступа к белому нежному телу я не получил. Сайнара встрепенулась и села.
— Ну всё… Хватит. Нашёл место.
В соответствии с женской логикой, сама же пришла. Ко-з-за. Только возбудила, понимаешь ли, напрасные надежды…
— А что? Нормальное место, — пытался я продолжить эротические упражнения, — ничем не лучше других.
— Люди смотрят, — совершенно нелогично продолжила она, кибитка была вполне себе закрыта, — и вообще.
Что "вообще" я так и не понял, а она откинула обратно полог и села на шкуры.
— Расскажи, как живут люди в твоём мире.
— А что рассказывать. Живут себе. Как обычные люди.
У меня не было никакого желания ничего рассказывать, да и о чем говорить? Как космические корабли бороздят Большой Театр? А кочевники как кочевали, так и кочуют, только теперь вместе с дизель-генератором, плазмой и спутниковым интернетом.
— Откуда у тебя дикалон? Кто его делал? Кто делает такие бусы, как ты мне подарил?
— На заводе делают люди. Иногда машины делают. Завод – это когда много мастеров в одном месте. А машины – это даже и не знаю, как тебе объяснять. Вы же не знаете механику.