— Ты меня научишь своему дурацкому языку! Чтобы я точно знала, что ты не смеешься надо мной. Давай, делай свой макияж!

— Не мой, а твой. Мужчина в макияже – это… Хм. Плохой мужчина. Пусть принесут нам чистые тряпки, растительное масло и зеркало.

Служанки тут же притащили требуемое, а я смыл с лица Сайнары всю штукатурку. Потом кистью небольшими мазками накинул румяна, чуть-чуть теней и тронул губы помадой.

— Вот теперь посмотри в зеркало, — сказал я, — как тебе?

— Плохо, — заявила Сайнара, — никто так и не увидит, что у меня есть косметика.

— А, понятно. Тогда она вообще не нужна. Ты и без неё прекрасна.

Я опять стер с её лица все следы косметики.

— И, наконец, завершающий штрих. Поцелуй в шею завершит твой макияж.

Я поцеловал её в шейку. Она замерла, потом вздохнула и сказала:

— Всё, проваливай. Вам, мужикам, только одно надо. Завтра увидимся.

Она встала и ушла с гордо поднятой головой. Непробиваемая девушка. И при чём здесь бусы, хотелось бы знать?

Я забрал с подворья Тыгына своего старого коня, договорился с Талгатом о времени встречи и поехал в дом. Поздно уже, скоро стемнеет. Надо еще как-то приготовиться к поездке. А хотя, что я заморачиваюсь? Завтра с Сайнарой отправят такой караван, что я наверняка ни в чем не буду нуждаться. Кофе бы только не забыть.

Я уже было расположился поспать, как нарисовались два труженика пролеткульта – Арчах и Боокко, оба в хлам и тащат за собой какую-то тележку с грузом. Я подошел посмотреть, Арчах что-то мычал, а стойкий акын лаконично сказал:

— Взяли.

И рухнул на землю. Вот и отпускай их одних. В тележке оказалась фаянсовая фляга, уже начатая, с водкой. Я приказал новому своему работнику оттащить этих говнюков в конюшню спать. Гады, они же завтра не встанут. Но я их простил, с водкой у меня был напряг. Накатив на сон грядущий, я отправился спать.

ГЛАВА 24

ГЛАВА 24

С утра мы тронулись в дальний путь, необъятной длины караван пошел из города на юг. Члены моей агитбригады, нажравшиеся вчера до положения риз, валялись в повозке и периодически блевали. Острая алкогольная интоксикация и её тяжкие последствия. Никакой пощады я им не давал – ни напиться, ни похмелится. Пусть сами прочувствуют всю тяжесть своего злодеяния – красть у своего начальника водку. Оказывается вчера, пока на базаре был погром, эти перцы не смогли пройти мимо. Под шумок в каком-то разгромленном складе прихватили тележку и водку, потом решили продегустировать, им понравилось. Результат, как говорится, налицо. Остальные мои попутчики были вполне себе живы и здоровы. Я, кроме всего прочего, забрал с собой нового слугу из подворья. Привык, знаете ли, к мелким радостям жизни, чтобы мне коня подавали, седлали и всё такое. Пусть отрабатывает зарплату, а то дедушка, видать, решил родственника пристроить к синекуре в городском поместье. Нефик.