Такой заход был, конечно же, рискованным, я как-то раскомандовался на землях Белого Коня, но старик не стал кочевряжится.

— Хорошо, пусть едут. Всё, иди, я устал.

Не понимаю я Тыгына. Ну ладно. Надо обдумать новую информацию. По всем признакам тут где-то есть прогрессор, и даже мой соотечественник, ибо думать, что американец начнет устраивать социалистическую революцию было бы неправильно. И что, он там где-то в тайном месте химкомбинат что ли построил? Синтетические красители можно, конечно, на костре сварить, но не в промышленных масштабах. А вискоза, это уже просто по местным меркам хай-тек. Только вот весь этот прогресс ударяет по Большой Степи с такой силой, что всё начинает валиться и рушится. Меня мысли по поводу прогресса в отдельно взятом ауле тоже посещали, но как-то так, без огонька. И мне как-то так туманно сдается, что Белые Шаманы не зря грудью бросаются на амбразуры. И еще меня сильно беспокоило то, что первой на свет божий выползла так сказать, бытовая химия, а не порох и взрывчатка. Это не по-нашенски, не по-русски. Как бы потом на енто самое не налететь в самый неподходящий момент. Ну не верю я что наши могут без пороха обойтись, если их, конечно принудительно не останавливать. Ладно, жизнь покажет.

А теперь надо узнать, с какой стати мне в компанию подсунули внучку. Я-то, конечно же не прочь в хорошей компании прокатиться с весьма прозрачными намерениями, но сей раз я еду исключительно по делам, инкогнито и с секретным предписанием[20], а тут вместо малой группы получается совершеннейший караван.

Пошел тогда я к Сайнаре, узнавать, как это она вдруг решилась ехать со мной в дальние страны. Послал какую-то служанку к ней, чтобы она вышла на свет божий. Когда она появилась в патио, я чуть не заржал. С косметикой я, кажется, поторопился. Пятилетняя девочка, стащившая у мамы косметичку и туфли на шпильках, возле трюмо раскрасившая себе мордашку – это самое подходящее сравнение.

— Дорогая Сайнара, — немедленно начал я говорить, пока она не спросила моё мнение о макияже, — похоже, косметика тебе не нужна. Зря я её тебе отдал. Давай, я тебе лучше подарю одеколон и научу им пользоваться.

— А что тебе не нравится? По-моему очень красиво, — ответила она.

— Красиво, слов нет, но истинная красота девушки – чистая кожа, розовые губы и никакой пудры! Это мое мужчинское мнение. Ну, если ты хочешь, я могу тебе немного поправить твой макияж.

— Что такое макияж? Ты опять говоришь разные слов, ты хочешь выставить меня дурой?

— Нет, не хочу. Просто есть понятия, слов для которых нет в вашем языке. Поэтому я ими и пользуюсь.